Еще не поздно

МК-Эстония: Изменения в составе правящей коалиции не могли не сказаться на всех направлениях политики, в том числе на так называемом «русском вопросе», одной из наиболее чувствительных точек которого является русскоязычное образование. Отсюда два вопроса:

— Что сможет новый правящий союз сделать для русской школы (послабления в соотношении 60/40, удовлетворение ходатайств о языке преподавания, лучшая подготовка кадров, усиление преподавания эстонского языка или что-то еще)?

— Что новому правительству ни в коем случае делать нельзя, то есть что должно оставаться неизменным?

Начну с ответа на второй вопрос: нельзя оставлять ситуацию такой, какой она сложилась на сегодняшний день.

Если кратко, то одна проблема в том, что государство почти не занимается вопросами преподавания эстонского языка в детских садах. Легко, увлекательно, играючи – вот ключевые слова, которые должны характеризовать эту учебу. С другой стороны – под присмотром министерства образования. То есть пособия, книги и интерактивные игры, методички для учителей, доступные и для родителей, чтобы они понимали, чем занимаются их дети, — вот то, чем необходимо озаботиться. Я не раз говорил об этом с Майлис Репс, будущим министром образования, и могу сказать, что она разделяет это мнение.

Читать далее

Высшая партийная школа Эстонии

Postimees: Как, с вашей точки зрения, выглядит внутренний раздрай центристов – и как это сказывается и может сказаться, в частности, на Ида-Вирумаа?

Когда в зале Рийгикогу я смотрю налево – вижу Вилью Тоомаст (Сависаар), Дениса Бородича и Калле Лаанета, взгляд направо – там сидят Марк Соосаар, Свен Миксер, Яанус Марранди и Райнер Вакра, и все они – бывшие центристы. Еще несколько громких имен бывших: Лийна Тыниссон, Сийри Овийр, Айн Сеппик, Тоомас Варек, Пеэтер Крейцберг. Так получилось, что Центристская партия стала своего рода Высшей партийной школой, поставляющей ведущих политиков сразу для нескольких партий Эстонии, и с этим, похоже, ничего не поделаешь.

Так что, в принципе, возникновение идеологических разногласий есть фактор постоянный и позитивный, каждая партия должна иметь стержень из политических целей и установок, и когда у какой-то внутрипартийной группы появляется неприятие этих целей – доброго пути, вас уже ждут конкуренты. Так сохраняется чистота идеологии.

Однако нынешний внутрипартийный кризис связан отнюдь не с пересмотром наших уставных целей, а с гораздо более прозаичными причинами: высшие руководящие органы ЦПЭ допустили, скажем вежливо, некоторую небрежность в использовании партийных средств. Об этом очень неприятно говорить, и не сомневаюсь, что среди наших конкурентов найдется множество желающих обсудить и долговые письма, и… Я же ограничусь констатацией того факта, что множество центристов считает, вторя Станиславу Говорухину, что так жить нельзя. Пренебрежение финансовой дисциплиной может погубить партию скорее, нежели политические разногласия между ее ведущими политиками.

Правительство, как показывают эпопеи с Эстониан Эйр и закупкой паромов, может себе позволить выбрасывать в помойное ведро сотни миллионов евро. Оно, правительство, подобно младенцу: безграничная прожорливость спереди и абсолютная безответственность сзади. Партия себе такого позволять не должна.

Читать далее

Комментарий для Дельфи

Пеэтер Эрнитс в субботу заявил, что Эдгар Сависаар, по его оценке, на местных выборах может не пойти в списках Центристской партии, а создать свой избирательный список. Вопросы:

Насколько вероятен, на Ваш взгляд, такой сценарий?
Что это будет означать для партии в целом?
Если такой «список Сависаара» будет создан, много ли фамилий в нем будет? А Вы готовы были бы к нему присоединиться?

Когда такой известный центрист, как Пеэтер Эрнитс, говорит, что, по его мнению, Эдгар Сависаар на местных выборах может не пойти в списках Центристской партии, а создать свой избирательный список – это очень весомый повод задуматься о том, что такое партия и чем она отличается, например, от акционерного общества.

Когда более 20 лет назад я вступил в ЦПЭ, я принял к сведению и усвоил несколько позиций. Во-первых, я разделяю идеологию своей партии – от прогрессивного подоходного налога до «нулевого» варианта гражданства для всех, кто проживал в Эстонии на август 1991 года. В эту идеологию входит и несколько не столь существенных, но жизненно необходимых для любой партии принципов. В том числе: спорные вопросы решаются демократически, голосованием. Дальше должна работать партийная дисциплина. И быть в каком-то избирательном списке, когда в том же округе есть партийный список, предполагает немедленное исключение из партии. Быть в меньшинстве и при этом диктовать свои условия – это уже не партия, это – акционерное общество. И я надеюсь, что предположенный Эрнитсом сценарий уже по этой причине невозможен.

Читать далее

Интервью инфоагентству РЕГНУМ

— Михаил Анатольевич, какие события в 2015 году оказали, на Ваш взгляд, наибольшее влияние на регион в уходящем году?

Такие события, несомненно, имели место. В экономической сфере можно говорить о негативном влиянии антироссийских санкций на сельскохозяйственный сектор: эстонские производители молока потеряли – прямо и косвенно, через Латвию и Литву, — более половины рынка. То же самое можно сказать о производстве мяса, в первую очередь свинины. Ситуацию не улучшила африканская чума свиней, бушевавшая на территории Эстонии в 2015 году. Еще более серьезные последствия имеет общемировое падение цен на нефть, в результате которого начался кризис сланце-химического сектора, имеющего огромное значение для северо-востока республики. В социальной сфере самым существенным является усиление оттока населения из Ида-Вирумаа в Таллинн или в другие страны Евросоюза. В политическом плане можно отметить усиление размежевания общества в преддверии заезда беженцев из Африки. Стоит заметить, что подводя итоги минувшего года многие аналитики стали использовать термин «застой» по отношению к современной Эстонии.

— Чем вы объясняете традиционно низкую явку избирателей региона на парламентские выборы? Можно ли говорить о недоверии местных жителей к парламенту?

Мой опыт общения с избирателями говорит, что недоверие существует, но не столько к парламенту, сколько к системе выборов. В Эстонии используется т.н. электронное голосование, о сути которого остальной мир, как правило, ничего не знает. Значительная часть избирателей считает голосование бессмысленным, поскольку убеждена, что результаты электронного голосования подтасовываются в пользу правящей коалиции и, конкретно, Партии реформ.

— Слышен ли в парламенте страны голос депутатов региона? Какие важные для интересов региона политрешения были приняты парламентом за 2015 год, с Вашей точки зрения?

Голос слышен, но не более того. Депутаты Ида-Вирумаа принадлежат, в большинстве своем, к оппозиции, а в Эстонии парламент работает по принципу дорожного катка: давится любая её, оппозиции, инициатива.

Читать далее