Цены

С утра к Ансипу пришел на доклад министр сельского хозяйства. Посидели, думая каждый о своем. Когда время, отведенное проблемам пейзан, стало подходить к концу, Ансип прервал молчание:

— Принес, что я просил?

Его собеседник поставил на стол завернутую в дерюжку коробку, сдернул ткань. Под ней оказался небольшой стеклянный домик из стекла, в котором, на подстилке из газет, копошились два симпатичных неполовозрелых хомячка.

— Безымянные? Как договаривались?

Министр сельского хозяйства кивнул. Ансип нацелил палец в одного из хомячков:

— Нарекаю тебя Ценой! – произнес он не без пафоса и перевел палец на второе животное: — Тебя же нарекаю тоже Ценой!

— Это – мальчик, — прошептал министр сельского хозяйства. Ансип посмотрел на него с безграничным удивлением. Его визави так редко открывал рот, что многие считали его впавшим в кому – вместе с возглавляемой им отраслью.

— Это ты – мальчик, — сказал он наконец и для убедительности ткнул уже в министра. — А здесь, — царственный палец вновь указал на стеклянный домик:

— Здесь – самец. Ладно, пусть будет Цен.

На том и порешили. Несомненный плюс правительства Ансипа в том и состоит, что уж если он решает кого порешить, то никто и не спорит.

Читать далее

Руммо, Руннель и Руставели

Министр юстиции Ланг сидел, вальяжно развалившись в кресле, перед рабочим столом Ансипа.

— Слушай, камрад, с этим надо что-то делать.

— Давай конкретнее, — потребовал премьер-министр, — нам много с чем надо что-то делать.

— Да я про наших камрадов. Иногда как ляпнут, а потом их канцелярии не знают, как отплеваться: «Министр не это имел в виду… министр хотел сказать…» — и прочее бла-бла-бла. Непорядок это.

— Что предлагаешь, камрад? Надеюсь, не министров менять? Лучше у меня для вас всё равно нет, — ответил Ансип, соображая, кого же это он сейчас так классно процитировал.

Ланг несколько оскорбился:

— Я ж реформист, а не идеалист какой. Что я, не понимаю? Что я, не видел этих других в парламенте? Хотя сама идея из Рийгикогу и пришла… Нет, тут другое.

Он оглянулся, наклонился к Ансипу и шепотом продолжил:

Читать далее

Новая элита

Десант социал-демократов прибыл в подшефную воинскую часть в своем звездном составе.

На разогреве выступил министр финансов Падар. Он показывал сначала фокусы с картами, что не очень получалось, но когда реквизитом стали эстонские кроны – они стали просто исчезать в воздухе.

Затем министр внутренних дел Пихл показал приемы боевых искусств, после которых вся казарма сидела на бетонном полу со связанными при помощи пластиковых ремешков руками. Хлопать солдатики не могли, но мычали из-под повязок очень одобрительно.

Короче говоря — концерт удался на славу. Не подкачала и Марью Лауристин, которой досталось прочитать военнослужащим лекцию о гражданском обществе, мультикультурности и межнациональных проблемах. Перед ее началом мудрая Марью попросила собрать солдат-инородцев на одной половине зала и внимательно следила за их реакцией.

— Так как вы считаете, я права? – прерывалась она. Солдатики смотрели на своего капитана, сидящего в президиуме. Тот утвердительно кивал, и хор мальчишеских голосов рявкал:

— Так точно!

Читать далее