Операция «Тимурова ночь»

«…В статье рассказывается о том, как трое людей, представившихся работниками КаПо, под надуманным предлогом назначили предпринимателю Петришину встречу, во время которой сначала похвастались своей информированностью по поводу деловой и частной жизни предпринимателя, а затем стали настойчиво интересоваться вопросом, не вымогали ли у него в Таллиннской городской управе взятки за детальные планировки. Получив отрицательный ответ, собеседники ретировались … однако через неделю у Петришина появился посланец, предложивший от имени и с адреса предпринимателя направить вице-мэру Таллинна Таави Аасу и мэру Эдгару Сависаару заранее подготовленные кем-то письма. В письме к Аасу якобы продолжался разговор о неких детальных планировках, при этом упоминались некие “подарки” то Таллинну, то строительной фирме Merko. В случае отказа, как дали понять Петришину, его фирму ждет некая “ревизия”, в ходе которой может найтись что-то, что доставит предпринимателю определенные неприятности»

Странные методы работы КаПо будут обсуждаться в комиссии Рийгикогу

Министр внутренних дел обошел сарай, через дырявую крышу которого разбегались во все стороны тонкие веревочные провода. Он подтащил к окну трухлявую лестницу и, взобравшись по ней, спрыгнул на пол чердака.

Очень странно! Этот чердак был обитаем. На стене висели мотки веревок, фонарь, два скрещенных сигнальных флага и карта Эстонии, вся исчерченная непонятными знаками. В углу лежала покрытая мешковиной охапка соломы. Тут же стоял перевернутый фанерный ящик. Возле дырявой замшелой крыши торчало большое, похожее на штурвальное, колесо. Над колесом висел самодельный телефон.

Пихл заглянул через щель. Перед ним, как волны моря, колыхалась вся страна. И тогда министр решил: пусть этот старый сарай с его веревками, фонарями и флагами будет большим кораблем. Он же сам будет капитаном — премьер-министром. Ему стало весело. Он огляделся — нет ли рядом Ансипа — и повернул штурвальное колесо. Тугие веревочные провода задрожали, загудели…

Вдруг на стене задребезжал звонок телефона. Этого Пихл не ожидал; он думал, что этот
телефон просто игрушка. Ему стало не по себе. Он снял трубку.

Голос звонкий и резкий спрашивал:
— Алло! Алло! Отвечайте. Какой осел обрывает провода и подает сигналы, глупые и непонятные?
— Это не осел, — пробормотал озадаченный министр. — Это я — Юри!
— Сумасшедший дядька! — резко и почти испуганно прокричал тот же голос.
— Оставь штурвальное колесо и беги прочь. Сейчас примчатся… люди, и они тебя поколотят.

Пихл бросил трубку, но было уже поздно. Вот на свету показалась чья-то голова, а вслед лезли еще и еще.
— Кто вы такие? — отступая от окна, в страхе спросил Пихл. — Уходите!.. Это моя страна. Я вас сюда не звал.

Но плечо к плечу, плотной стеной угрюмые мужики молча шли на Юри. И, очутившись
прижатым к углу, Пихл вскрикнул.

В то же мгновение в просвете мелькнула еще одна тень. Все обернулись и расступились.
— Тише, Юри! — громко сказала тень. — Кричать не надо. Никто тебя не тронет. Мы с тобой знакомы. Я — Райво Аэг.

— Ты — Райво?! — широко раскрывая полные слез глаза, недоверчиво воскликнул Пихл. — Это ты —генеральный директор КаПо? Ты посылал своих людей ночью в таллинскую мэрию? Ты организовал задержания в Пярну и Нарве, уговаривал предпринимателя Петришина подставить Сависаара? Но зачем? За что? Откуда ты меня знаешь?

Гендиректор КаПо открыл было рот, но замялся, покраснел и жалобно сказал:
— Извиняюсь, господин министр, еще текст не весь выучил. Дела…

— Да ладно! — рассмеялся в ответ Пихл. Он прошелся по чердаку, вальяжно сел в жалобно скрипнувшее кресло. — Кино о твоих подвигах еще не скоро снимать будут, так что успеешь роль зазубрить. Считай, что это была репетиция. Пока — докладывай, давай, что сделано. Как операцию решили назвать?
— Лично мне больше всего понравилось «Мрак и туман». Неплохо звучит, по-моему. Но какой-то умник выяснил, что немецкий аналог этого словосочетания уже использовался — и решили не вызывать лишних эмоций, отказались.
— Жаль, — согласился Пихл. — Это было бы, действительно, красивое название, поэтичное и таинственное…

— Потом было предложено кодовое название «Варфоломеева ночь». Это когда в Париже католики гугенотов резали…
— Не умничай! — оскалился Пихл. — Я что, по-твоему, не знаю, кто где кого резал?

Аэг вытянулся по стойке смирно, залопотал:
— Так точно!.. То есть — никак нет!.. Виноват!..
— Так «так точно» или «никак нет»? — грозно настаивал министр.
— Разрешите загладить вину — застрелиться? — вздохнул гендиректор после минутного раздумья.
— Да брось! — вновь широко и обаятельно улыбнулся Пихл. — Шуток не понимаешь? Эх, камрад… Ладно, давай дальше.

— От «Варфоломеевой ночи» тоже пришлось отказаться, уж больно параллели очевидные. И тогда вспомнили Гайдара…
— Это еще кто? — искренне удивился министр.
— Егор Гайдар. Есть такой второразрядный политик, но — либерал и демократ, наш человек. Так вот в одной его книжке…
— Он еще и писатель? — поразился Пихл.
— Так я ж говорю… У него в одном произведении команда действует из реальных таких пацанов, под командованием Тимура. Делают, в принципе, то же, что и мы: помечают нужные дома тайными знаками…

— Как католики в Париже… — влез с уточнением Пихл.

— Так точно! — подтвердил Аэг. — Тянут нити ко всем, кем надо манипулировать…
— Как мы в Эстонии… — опять перебил его министр.

— Точно так! — снова гаркнул Аэг. — Только конечные цели разные. Поэтому решили скрестить два названия: «Тимур и его команда» и «Варфоломеева ночь». Получилось — «Тимурова ночь»…

— А как с реальными делами? — поинтересовался Пихл.
— Практически все сделано. Нужные кабинеты помечены, кого резать — известно. Веревочки — вон их сколько! — протянуты, предприниматели и журналюги в ожидании, когда их дергать начнут. Можно хоть сейчас!

Пихл вновь подошел к штурвалу, положил на него руки.
— А «Мрак и туман» все же звучит лучше, — пробормотал он, и резко крутанул колесо.

_______________________________
Справка: «Мрак и туман» (Nacht und Nebel), приказ Гитлера от 7 декабря 1941 об аресте на территории Европы «лиц, представляющих опасность для германской безопасности», которые хотя и не подлежали немедленному уничтожению, но должны были «бесследно исчезнуть во мраке и тумане».

Комментарии

Операция «Тимурова ночь»: 10 комментариев

  1. судя по тому, что этот гендиректор до сих пор плетет про агрессию России в ЮО, диалог мб очень близким к реальности

  2. «Не умничай! — оскалился Пихл. — Я что, по-твоему, не знаю, кто где кого резал?

    Разрешите загладить вину — застрелиться? — вздохнул гендиректор после минутного раздумья.» — это пять 🙂

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *