Онлайн в «Столице»

«Здравствуйте Михаил! Ответьте ,вы знаете за какие законы проголосовала украинская Дума 16 января? Эти законы копируют драконовские законы Путина,которые подписала Госдума! Все до одного,прямо под копирку.Вопрос- ,есть такие же законы в Эстонии ? И как они выглядят для народа Эстонии,можно эстонскому населения делать то,что запрещают делать Путин и Янукович? Спасибо.»

Уж не знаю, порадует это вас или огорчит, но украинская Рада приняла 16 января законы, являющиеся калькой с аналогичных законов США, Эстонии и множества других в предельной степени демократических стран. Судя по тону вопроса, ответ вас не очень интересует, но я всё же приведу несколько фактов.

За правонарушения при проведении массовых акций (баррикады, биты, маски, шлемы и т.п.) в США можно огрести до 5 лет тюремного заключения, в Эстонии – до 3-х лет, в России – до 30 дней ареста. В Украине — «до 15 дней ареста».

За противоправное посягание на органы государственной власти, то есть за давление, например, на судей или полицейских или их семьи в США можно сесть на электрический стул или получить пожизненное, в Эстонии и России за это предусмотрено до 4-х и до 5 лет заключения соответственно. В Украине — «до 5 месяцев ареста».

Если вы собираете конфиденциальную информацию на судей или полицейских, то в Германии вам «светит» до 2-х лет тюрьмы, в Эстонии – до 4-х. В Украине — «до 6 месяцев ареста».
За клевету в Германии предусмотрено до 5 лет заключения, в Эстонии до 2-х лет. В Украине – «до 200 часов общественных работ».

За групповое блокирование транспорта или работы предприятий в Германии вам будет грозить до 3-х лет тюрьмы, в Украине – до 2-х. И никогда ничего не блокируйте в Эстонии, у нас за это можно сесть на срок до 10 лет.

Каждое государство обязано принимать меры против тех, кто посягает на его конституционные основы, призывает к его свержению или делает реальные противоречащие законодательству шаги, дестабилизирующие общество. Если вы с этим не согласны, то вы анархист. Если вы этого не понимаете, то вы просто не очень умный человек.

«Как Вы относитесь к назначению Максима Волкова вице-мэром Нарвы по хозяйственным вопросам? Знакомы ли Вы с Максимом и что можете про него сказать, как про специалиста?»

Знаю Максима лет десять, но раньше мы пересекались всё больше по КВН-овским делам. При последних же наших разговорах я убедился, что он неплохо знает историю нарвских событий предыдущих лет, имеет по хозяйственным вопросам своё видение, согласующееся с нашей Программой развития, и обладает неплохим багажом знаний. Хочу пожелать ему успехов в работе. Мы с ним обговорили около 30 проектов, за которые ему предстоит нести личную ответственность уже в этом году. Так что не позже как осенью мы будем точно знать, правильный ли выбор сделало горсобрание Нарвы, утвердив Максима Волкова вице-мэром по горхозяйству.

«Правда ли что на Марсе открыли воду? Она будет только для эстонцев или для интеграстов тоже? Что думает по этому поводу Путин и майдан незалежности? Законы Эстонии разве уже не действуют? Правда ли что новый проект Rail Baltic предназначен для департации местного населения и во сколько обойдутся рельсы до Красной планеты и имеет ли к этому отношение Янукович? Спасибо.»

У вас в корне неверная информация. На Марсе, как всем известно, открыли месторождение «Кока-колы» и, чтоб два раза не летать, рядом тут же построили несколько ресторанов «Макдональдс». Что по этому поводу думает Путин – пока неизвестно, а вот майдан потребовал внести в меню марсианских ресторанов быстрого питания борщ с галушками и горилку с перцем. И это его разумное требование обязательно поддержит Эстония – если на то усмотрит необходимость Евросоюз.

И, чтобы я не зря потратил время, отвечая на этот вопрос, а вы получили хоть какую-нибудь пользу от ответа — сообщаю, что слово «депортация» пишется через «о» во втором слоге.

«Что Вы думаете Михаил о скандальном проекте Rail Baltica? По моему это просто какая-то афера. Не могу представить что собирается (или кого) перевозить Эстония со своим мизерным населением и отсутствием промышленности. Часто ссылаются на соседнюю Финляндию но для своего экспорта у нее есть более короткий путь в Европу. Зачем ей тащить свой товар через Прибалтику? По этому вопросу у меня лично нет ни одного ответа. Посмотрев на карту вообще получается какой-то абсурд…может старая Европа готовится к войне???»

Полностью с вами согласен, этот проект имеет смысл лишь в случае его продолжения до Финляндии (что возможно, хотя технически сложно и чрезвычайно дорого), или в рамках сближения Евросоюза и России. Ни один из этих вариантов всерьез не рассматривается, так что… Президент Т. Х. Ильвес однажды назвал Эстонию тупиком Европы. Точно это прозвучало так: «Мы перестанем быть тупиком, куда не попасть или откуда не выбраться». Сомневаюсь, чтобы Евросоюз профинансировал гигантский проект только ради того, чтобы один из его членов перестал быть тупиком.

«Сегодня в газете «Столица» появилась статья » С ребёнком-на мороз: семья теряет жильё и остаётся должна». Все т.н. варианты выхода из сложной ситуации формальны и грешат «самопиаром». Семье с ребёнком с тяжёлой формой нарушения здоровья никто не хочет помочь.Почему всесильные депутаты, как вы господин Стальнухин, не можете вступиться за права ребёнка инвалида и хотя бы вмешаться в пересмотр решение о продаже квартиры.Почему с этого ребёнка и его родителей хотят содрать прибыль и без того небедные коммерческие организации? Как может вице-мер советовать встать на очередь семье с пятилетним ребенком, если в очереди 3000 очередников? Это же лицемерие, которое выставлено на всеобщее обсуждение! И никто из влиятельных и ответственных лиц не дал действенного совета, что делать этой молодой семье, где провести зиму и как выполнять реабилитационный план. Кто нибудь хотя бы раз захотел помочь одному конкретному ребёнку, которому и так очень трудно живётся в нашем обществе.»

«Не судите да не судимы будете». Я восемь с половиной лет в должности председателя горсобрания Нарвы проводил приёмы граждан, на которых побывали со своими личными и общественными проблемами свыше 900 человек, никогда не отказывал и тем, кто приходил в любое другое время. И большинству из них удалось помочь. Парадокс, но поменяв горсобрание на парламент Эстонии, я лишился большинства возможностей оказывать помощь тем, кто в ней нуждается. И всё же, когда ко мне обращаются, я делаю всё, что в моих силах. И знаю многих людей, помогающих делами и деньгами больным, детскому дому и т.д. Только рассказывать об этом никто из приличных людей не любит, поскольку доброе дело тут же превращается в самопиар.

За свою жизнь я 82 раза сдавал кровь. Это больше 40 литров. Но пока ты это просто молча делаешь – ты молодец, как только об этом рассказал – ага, пиаришься? Поэтому вы не подозреваете, сколько вокруг вас добрых, готовых помочь людей. И ожесточились. А я уверен, что семье, о которой вы рассказали, помогут. Обратятся ко мне – займусь сам.

«Каким Вы видите в политике своего сына, депутата столичного горсобрания? Его решение пойти в политику его личное или было принято на семейном совете? Как вы думаете, почему в политике столько семейных династий? Родители пристраивают своих ни на что не годных отпрысков?»

Я горжусь Антоном. Он закончил школу с золотой медалью и уже тогда был абсолютно самостоятельным человеком. В 19 лет он, параллельно с учебой, начал работать по специальности. С этого же возраста он сам принимает касающиеся его решения и неплохо с этим справляется. Право на самореализацию есть у каждого, я в его дела предпочитаю не вмешиваться. А что касается семейных династий, то в нормальной семье не может ребенок не перенять какую-то часть мировоззрения своих родителей. И это относится не только к политикам.

«Вы один из немногих политиков,кто открыто сопротивляется русофобской направленности руководства страны. Почему нас так мало и мы такие вялые?»

Вы задали очень сложный вопрос. Вопрос вопросов. Если б вы знали, сколько я обсуждал это с Владимиром Вельманом, с другими своими друзьями. Ответ же, на мой взгляд, прост – страх. Каждый человек чего-то боится, и это в порядке вещей. Но именно поэтому большинством можно манипулировать.

Приведу один пример. Когда правительство Ансипа приступило к переводу на эстонский язык обучения русских гимназий (что уже в ближайшем будущем негативно отзовется не только на системе образования в целом, но и на демографическом, экономическом и социальном положении Эстонии), несколько нарвских гимназий приняли решения ходатайствовать об оставлении им возможности продолжать обучение на русском. Эти решения принимались попечительскими советами школ, в результате трезвого обсуждения возможных перспектив. Через некоторое время министерство образования прислало в Нарву пару своих эмиссаров для проведения совместных встреч с руководством города и гимназий. И на первой же встрече, в одной из гимназий, я увидел, как администрация школы предоставляет министерским чиновникам план перехода на эстонский язык обучения, в котором фигурирует куча не имеющих к гимназии отношения преподавателей, настоящих «мертвых душ» со стороны, претендующих на работу реальных, отработавших десятки лет учителей. И пусть десятиклассник, входивший в попечительский совет, не смог перевести с эстонского простейший вопрос, который я ему задал – это уже не имело никакого значения. Администрация школы, вопреки попечительскому совету, то есть вопреки и родителям, и детям, и педагогам дала министерским формальное основание отказать в ходатайстве. Попросту говоря – сдала с потрохами и детей, и их родителей. Нарисовав «потёмкинскую деревню», поскольку именно это требовалось министерству.

Затем мы пошли в другую гимназию – и там всё повторилось. Я не смог досидеть до конца, мне стало физически очень плохо. Это был один из худших дней в моей жизни – я увидел, как те, кто должен защищать детей и их учителей, их предают.

Нас мало потому, что мы боимся. В этом суть. И в результате многие из тех, на ком лежит ответственность, предают себя и своё окружение.

«Уважаемый Михаил! Вы известны не только как политик, но и как автор учебников по эстонскому языку и составитель учебных словарей. Другой известный преподаватель и автор учебников Роман Каллас однажды заявил, что в Эстонии отсутствует нормальная методическая модель для обучения русских эстонскому языку. Согласны ли вы с такой оценкой? Что можно было бы предпринять, чтобы ваша методика или методика Калласа получила более широкое распространение в школах и на языковых курсах? Мне нравятся оба подхода. Ваша благодарная ученица.»

Согласен с Романом на все 100. Нормальная методика отсутствует, и в этом заложен глубокий политический смысл. Больше тысячи часов, заложенных в школьную программу на эстонский язык, не дают результата – и это дает всевозможным лукасам и аавиксоо основания для искоренения русскоязычного образования в гимназическом цикле, пусть, мол, учат химию и историю на государственном.

На курсах, как правило, большую часть времени готовят к экзаменам с их достаточно субъективным подходом к оценке знаний – и это делает процесс обучения языку практически бесконечным.

Поймите, что, несмотря на всю их риторику, политики из клана Ансипа, Рейнсалу и им подобных вовсе не заинтересованы в том, чтобы русские Эстонии овладели государственным языком. Пока мы в массе не говорим с эстонцами на их языке – невозможно действительное сближение двух общин. И титульную нацию можно пугать русскими и, на всякий случай, Россией. Что им и требуется для результативных выборов.

Приведу пример: в Нарве есть детский сад, где заведующей работает моя коллега по Языковому центру, Хели Адамович. Она много лет назад внедрила методику, при помощи которой дети из русских семей к первому классу начинают достаточно бойко говорить по-эстонски. Кого только я к ней не привозил, от министерских чиновников до депутатов парламента, чтобы показать, как на самом деле можно достаточно быстро и небольшими, в общем-то, деньгами решить проблему! Но это всегда оказывается никому не нужно. Кроме нас и наших детей. Но это не аргумент для Ансипа и ему подобных.

«Ув. Михаил! Говорят, что вы собираетесь баллотироваться в депутаты Европарламента. Правда ли это? Готовы ли вы будете поднимать в Брюсселе вопрос о ситуации с русской школой в Эстонии и говорить о бесправном положении здешних русских?»

Да, я буду бороться за место в Европарламенте. Последние три года я возглавляю в парламенте особую комиссию по контролю госбюджета и еженедельно несколько раз встречаюсь с Госконтролем Эстонии. Одна моя коллега (опытный, кстати, политик) однажды не выдержала и заплакала после очередного заслушивания очередного отчета – она даже предположить не могла, что в госструктурах такое творится. Я не изменю и в Европарламенте своим взглядам на русскоязычное образование и прочие существенные для нас темы, но сейчас к ним прибавилось еще понимание того, что ЕП может быть той последней структурой, которая может прекратить злоупотребления в министерствах и департаментах. Я, во всяком случае, пока в это верю.

«Михаил! Как вы прогнозруете результаты выборов в Рийгикогу в 2015 году? Сменится ли в Эстонии власть?»

Пока ничто не предвещает, что центристы смогут победить, так сказать, вчистую, однако социологические исследования обещают проигрыш правящей коалиции реформистов и «ирландцев» (как в последнее время стали называть членов IRL, совершенно незаслуженно обижая тем самым умных и добрых жителей Ирландии). То есть смена правительства будет зависеть от социал-демократов. Это они будут решать, с кем быть: с близкими по взглядам и из-за этого ненавидимыми центристами, или с праворадикальными партиями. Одно точно: если Эстония не сменит курс в 2015 году, то в 2019-ом для этого может быть уже поздно.

«Что ждет Центристскую партию после завершения эпохи Сависаара? Смогут ли центристы наладить сотрудничество с соцдемами против реформистов и ИРЛ? Почему никто из других партий не хочет сотрудничать с Сависааром?»

Есть, полагаю, особый глубинный смысл в том, что символом реформистов является юркая ловкая белочка (и, подспудно, некое дупло, в которое она тащит всё имеющее мало-мальскую ценность), а символом центристов – носорог. Сависаар ради власти не готов торговать нашими основополагающими принципами, и как даже умозрительно можно рассматривать его (и наш) союз с «реформой» или, в особенности, с IRL? Думаю, что и окончание эпохи Сависаара, которое, увы, рано или поздно произойдет, ничего в этом не изменит. Или Центристская партия просто перестанет ею быть.

Сотрудничество же с социал-демократами наладить можно, хотя и сложно – уж очень много в их руководстве бывших центристов. Чисто житейская ситуация: легче найти общий язык со случайным попутчиком в поезде, чем с бывшей супругой. Генсека соцдемов Свена Миксера ввел в большую политику, в парламент и в правительство, именно Сависаар. В природе человека – не каждого, но довольно многих – ненавидеть тех, кому чем-то обязан. Такое не прощается. Мы приложим все усилия, чтобы быть в коалиции с близкой нам по взглядам партией, но просто это не будет.

«Как вы оцениваете заявление Лаврова, пообещавшего открыть в Прибалтике русские школы за счет России. Реально ли это?»

Речь идет, как позже уточнили российские источники, о воскресных школах. Так что это вполне реально.

«Зачем вы хотите уйти из Эстонии в Европарламент? Здесь столько проблем, что за всю жизнь не разгребешь. Чем вы поможите из Брюсселя вашим избирателям в Нарве?»

С 2014 по 2020 год Эстонии предстоит освоить более шести миллиардов евро их различных фондов Евросоюза. Я намерен приложить все усилия к тому, чтобы регионы Эстонии и, в первую очередь, Ида-Вирумаа и Нарва получили справедливую долю из этих денег, пропорциональную и территории, и населению. Мой опыт работы в горсобрании Нарвы и в парламенте дал мне достаточно знаний, чтобы побороться за права местных самоуправлений Эстонии, которых правительство все последние годы пытается превратить в своих крепостных. И еще есть два крупных, хотя правильнее – огромных нарвских проекта, которые можно подтолкнуть, по-моему, только из Европы. При этом каждый из них может кардинально улучшить качество жизни в Нарве.

«Здравствуйте, Михаил! По-моему, в нынешнем составе Европарламенте интересы всех русских жителей Евросоюза представляет лишь один депутат — Татьяна Жданок. Во-первых, согласны ли Вы с этим утверждением? Во-вторых, есть ли у Вас лично пожелания для неё на ближайшие месяцы работы старого состава ЕП? В-третьих, если мы (русские Эстонии) выберем Вас своим представителем, то планируете ли Вы сотрудничать с ней?»

Я согласен с тем, что вы говорите, она действительно стала заметным явлением в европейской политике. Сотрудничаю же я со всеми, кто к этому готов, иначе мне не удалось бы в 9-ом созыве Рийгикогу добиться принятия 12 моих (часть из которых была разработана совместно с Вельманом, с Крейцбергом и другими коллегами) именных законопроектов. А о согласии сотрудничать вам лучше спросить саму Татьяну Жданок, поскольку, полагаю, она не забыла, как в 2005 году попробовала своим авторитетом поддержать один нарвский избирательный союз – и каким позорищем это обернулось.

И еще одно. Из латвийских русских политиков у нас на слуху два имени, Татьяна Жданок и Нил Ушаков. Принципиальная разница между ними состоит в том, что Жданок – изоляционистка, полагающая, что проблемы русских в Латвии можно решить своими силами, а Ушаков создает широкий фронт поддержки. Он, решая те же проблемы, что и Жданок, заручается поддержкой не только русских избирателей, но и латышей (сейчас его партия, Центр Согласия, является самой популярной в Латвии, причем треть поддержки приходится на титульную нацию). Я уверен, что свои проблемы в Эстонии мы сможем решить лишь при поддержке здравомыслящих эстонцев, которых действительно заботит будущее страны. Без их участия нашим уделом будет лишь вечный бег по кругу, по принципу «не догоню, так хоть согреюсь».

«Здравствуйте! Слышал, что сейчас на Тоомпеа обсуждается идея ввести экзамен по эстонскому языку на высший уровень С2. Правда ли это? Что вы думаете по этому поводу как политик и как бывший преподаватель эстонского языка?»

Думаю, что слишком много – по мнению национально озабоченных радикалов – молодых русских стали претендовать на рабочие места в высших структурах власти и их потребовалось остановить, именно поэтому заговорили об экзамене на С2. Думаю, что если разработать экзамен на С2 в точном соответствии с международными критериями, то проблема с его сдачей будет и у среднего эстонца, если его каким-то чудом занесет на это мероприятие. Думаю, что даже у части моих коллег по парламенту (принадлежащих к титульной нации) не получится его сдать. И думаю, что если экзамен на С2 когда-либо появится, то первыми на него надо послать президента, членов правительства и депутатов парламента. «Дабы дурь каждого, — как сказал когда-то Пётр Великий по аналогичному поводу, — видна была».

«Верите ли вы в возможность сохранить в Эстонии нормальное русское образование? Выучить эстонский язык так, чтобы учиться на нем в вузах нам вряд ли удасться. Что же делать?»

Верю, и буду верить до марта 2015 года. А там или мы восстановим нормальную ситуацию в образовании, или нынешние процессы станут необратимыми. И, во втором случае, будем всем миром решать, как справиться с этой бедой. Один из вариантов – наша нарвская Школа точных наук, где сейчас треть гимназистов города изучают математику, физику и химию на родном языке. Она была создана по моему предложению. Найдутся, полагаю, и иные возможности.

«Как вы относитесь к Бородичу? Допускаете ли возможность при каких-то обстоятельствах поменять свою партийную принадлежность?»

Никак не отношусь. Категорически не согласен с тем, что он, избравшись в Рийгикогу по списку Центристской партии, не положил свой мандат на стол, перекинувшись к реформистам, но перебежчики были во всех составах парламента, это неизбежное зло.

Про себя могу сказать, что сохраняю верность друзьям даже в тяжелые для них времена. Вполне допускаю возможность ухода в силу каких-то обстоятельств из политики, но смена партийной принадлежности для меня неприемлема. Да и стар я для того, чтобы зайкой прыгать из одного гнезда в другое.

«Сможет ли русский язык получить статус официального языка в Евросоюзе? Готовы ли вы всерьез бороться за это?»

Могу ошибиться в деталях, но, по памяти: чтобы какой-либо язык получил статус официального, необходимо собрать в поддержку этого предложения минимум три миллиона подписей граждан минимум семи стран Евросоюза. Затем передать их в Еврокомиссию, откуда соответствующий проект пойдет в Европарламент, где будет поставлен на голосование. При таких условиях ни у одного языка нет шанса стать официальным в дополнение к нынешним. И еще: многочисленных депутатов Германии и Греции, Великобритании или Испании можно напугать тем, что один раз начавшись, процесс может привести к тому, что за статус официального начнут бороться турецкий или гэльский или баскский языки. Одно это убьет в них даже зачаток желания поддержать русский язык. Хотя русский в качестве официального дал бы право русскоязычным гражданам Евросоюза обращаться на родном языке в любые инстанции ЕС и это было бы замечательно, но вероятность подобной перспективы в ближайшие годы равна нулю.

«Вам тут задавали очень много вопросов про русских и их якобы проблемы. Вы действительно считаете, что в Эстонии действительно есть особые русские проблемы? Или они только для тех, кто поленился поднять задницу и выучить государственный язык? Как вы расцениваете провал обращения Русской школы к вузам? Надо понимать так, что Блинцова и Со просто не знакомы с суровой реальностью? Вам не обидно считаться «русским политиком», т.е. тем, кто сконцентрирован исключительно на решении проблем вышеупомянутых русских? Мне кажется, что это сильно сужает горизонты для человека и политика Вашего опыта и амбиций. Спасибо.»

Лет 10 или 11 тому назад думающие люди с большим увлечением смотрели ночную передачу Александра Гордона, в которую он приглашал, в основном, известных ученых и экспертов в различных вопросах мироздания. И в одной из этих программ в дискуссии принял участие психолог, бывший ректор Тартуского Университета Пеэтер Тульвисте. Досмотрев программу и вспомнив, что Тульвисте является депутатом тогдашнего, 10-го созыва Рийгикогу, моя жена попросила передать ему комплимент по поводу прекрасного, богатого на оттенки русского языка, на котором он говорил.

Увидев в коридоре бывшего ректора, стоявшего в окружении своих однопартийцев, я подошел к нему и в точности (на эстонском) выполнил поручение, выразив восхищение тем, как он говорит по-русски. Того, что произошло после этого, я никогда не забуду. Солидный пожилой человек, профессор, академик – он покраснел и ответил на жутком, ломаном русском языке. Под подозрительными взглядами своих соратников он пробормотал что-то вроде того, что «моя не понимать, чьтё твой говорить…» Даже ничего не знающий о проблемах русских Эстонии человек за эти пять секунд понял бы, что они есть, и немалые.

Ладно, это было давно. Но вчера среди поступивших мне вопросов один, последний, был на эстонском языке. Вы его, надо полагать, знаете неплохо. Так прочитайте этот вопрос и еще раз подтвердите, что остаетесь при своем мнении — что у русских в Эстонии нет проблем, кроме как в заднице, которую надо поднять, и языке, который надо выучить. Ведь этот вопрос задан мне, дипломированному учителю эстонского языка, автору учебников и словарей, преподававшему эстонский примерно двум с половиной тысячам нарвитян.

Ничего не меняет то, что у эстонцев и русских множество общих проблем, усугубляющихся в последние годы. Они общеизвестны: растущая трудовая миграция, бедность, безбрежный насаждаемый сверху эгоизм. Я уже говорил в одном из ответов о фактах, постоянно встречающихся в отчетах Госконтроля и вызываемой ими реакции. И в первую очередь лечением этих болезней я сейчас занят, так что насчет моей «сконцентрированности» вы сильно заблуждаетесь. Но чем бы я не занимался, для политической элиты Эстонии и ее эстоноязычных СМИ я всё равно останусь «русским политиком». И меня это устраивает, поскольку выйти из этого состояния можно лишь окриштафовившись, что значительно хуже смерти.

И последнее. Мне показалось, что вы вполне серьёзно, без сарказма оценили мой опыт. Спасибо, с этим согласен. Но вот с амбициями вы промахнулись. Я всё про себя знаю, и, в частности, то, что я вполне себе средний человек, которому просто повезло с хорошо поставленной речью и с тем, что его взгляды и эмоции совпадают со взглядами и чувствами очень многих живущих рядом людей. Амбиции – это не про меня.

«Константин Боровский (Таллин) Михаил Анатольевич, почему, на ваш взгляд, многие эстонские политики проявляют лицемерие и не говорят нам публично, что русские в Эстонии — это как турки в Германии? Ведь в Европейские структуры подается именно такой посыл. В этой связи хочу задать и такой вопрос: Если вы станете депутатом ЕП, вы сможете там доходчиво обосновать, почему эстонских и латвийских русских нельзя сравнивать с немецкими турками? Хотелось бы тут от вас услышать несколько тезисов на эту тему. Заренее благодарю.»

Уважаемый Константин, насколько я представляю, в Европарламенте отличия немецких турок от эстонских русских не способны взволновать никого. Кроме того, кто возьмется это объяснять. Тем более, что, например, автор следующего вопроса как раз считает эти различия весьма существенными, хотя и не в том смысле, как это предполагаете вы.

«Русские проблемы Эстонии это прежде всего проблемы игнорирования властью специфических языковых и образовательных потребностей крупнейшего национального меньшинства страны. Согласны ли вы с такой формулировкой? И почему все-таки здешние русские оказываются не в состоянии реализовать свои политические и гражданские права в полной мере?»

Когда меня сравнительно недавно попросили определить, в чем главная проблема Эстонии, я сказал, что в замене диалога на монолог: власти вещают, народ безмолвствует. Однобокая экономико-социальная модель разделила общество по горизонтали, и каждый занят своим делом: богатый богатеет, бедный беднеет. «Бронзовая ночь» вкупе с постоянным нытьём по поводу оккупации (при том, что на тему массового коллаборационизма никто пообщаться не желает) расколола общество по вертикали. Гражданское общество наличествует, но в зачаточном состоянии, позволяющем гордиться тем, что оно есть, и не позволяющем чего-либо добиться. И относится это, поверьте, и к эстонцам, и к русским. Хотя к нам в несколько большей степени.

«Скажите, Михаил, означает ли ваше решение баллотироваться в ЕП готовность уйти из политики в Нарве и в Эстонии? Как бы вы сами подвели итог своей здешней политической деятельности? Каковы ваши главные личные достижения и проколы?»

Европарламент – не орбитальная станция где-то там, в межзвездном пространстве. И ни о каком уходе из политики речь не идет, скорее наоборот — я ищу новые, более эффективные пути достижения существенных для моих избирателей целей. И итог точно подводить рано. Тем более, что свои шансы на майских выборах я оцениваю не столь оптимистично, как на выборах местного самоуправления или парламента.

«Уважаемый Михаил, согласно статистике, Вы -один из депутатов, наиболее часто выступавших на заседаниях Госсобрания. Считаете ли Вы себя хорошим оратором? Владете ли ораторскими приёмами? Слушают ли Вас депутаты правящей коалиции, когда Вы выступаете? Нравится ли Вам монотонная скрипучая речь типа как у Евгения Осиновского?»

Заседания Рийгикогу транслируются в интернете и частично – по Таллиннскому ТВ. Благодаря этому наши взгляды, наши аргументы доходят до многих жителей Эстонии. Только поэтому я чаще других выступаю с трибуны. А депутаты правящей коалиции нас не слушают. Времена, когда коалиция и оппозиция поддерживали между собой диалог, закончились осенью 2005 года, когда вступил в действие запрет на совмещение работы в парламенте и в местных самоуправлениях. Депутаты после этого в значительной мере перестали зависеть от своих избирателей, но в той же мере стали зависеть от своих партийных боссов. А им удобнее иметь послушных голосователей, нежели пытливых искателей истины.

И еще: «монотонную скрипучую речь» я, с вашего позволения, оставлю без комментария. Тем более, что тембр и темп речи в парламенте имеет гораздо меньшее значение, чем вкладываемый в слова смысл.

«Уважаемый Михаил, на что Вы тратите свою депутатскую зарплату+компенсацию?»

Зарплата – это, извините, вас не касается. А представительские, которые вы назвали компенсацией, уходят почти целиком на транспортные расходы, тем более, что наша фракция каждый месяц выезжает в очередной уезд для встреч с избирателями.

«Турки пришли в Германию с разрешения этой страны, русские пришли в Прибалтику (как и в другие страны союза), в результате насилия — это разные вещи и их нельзя сравнивать. Ситуацию разрешил бы Европейский суд, который взял бы за основу соответствующие положения Женевской конвенции. Государство-оккупант не должно приводить своих жителей на оккупируемую территорию, тогда эта ситуация решится позитивно, мы увидим, как жить на своей маленькой и бедной Родине, а вы уедете назад туда, откуда ваши предки вопреки нашему желанию приехали. Господин Стальнухин должен подумать о том, уместно ли ему ехать в Европу представлять государство, угнетателю которого, Петру I, он хотел поставить памятник. Я, как эстонец, точно не хочу видеть его в Брюсселе в качестве моего представителя. Человек, который превозносит угнетателей (всю человеконенавистническую политику СССР и угнетение малых народов — именно с этой целью вас сюда привезли), не может быть посланцем мира и стабильности.»

Уважаемый товарищ (к сожалению, не знаю вашего имени). Простите, что называю вас товарищем, но ваши взгляды выглядят такими тоталитарными, что сразу понятно — я имею дело с бывшим комсомольцем и членом Компартии. Нравится вам это или нет, но мы с вами живем в демократической стране, что предполагает наличие у меня права баллотироваться, а у вас — наличия права поддержать меня или нет (есть еще вариант самому выбираться в Европарламент). На этом закончу, но для начала попрошу вас подумать над несколькими вопросами. Почему вы решили, что я должен уехать из страны, в которую мои предки приехали в 18 веке? Это разумно? И еще одно: почему в 70-е, 80-е годы, то есть во время человеконенавистнической политики и угнетения малых народов, в Эстонии каждый год рождались 20-25 тыс. детей, а сейчас чуть более 10 тыс., и это число каждый год сокращается? Почему каждый четвертый ребенок в Эстонии при нашей человеколюбивой политике ложиться спать голодным? Желаю вам хорошо подумать, товарищ.

Комментарии

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *