Мне предложили прокомментировать сказанное Ааду Мустом:
«Председатель Тартуского городского собрания, член Центристской партии Эстонии Ааду Муст считает, что ежегодные сходки эстонских ветеранов-эсэсовцев в Синимяэ не представляют никакой опасности и не являются политической акцией.
Как пишет эстонский портал DELFI, в своём интервью кореспонденту интернет-издания Муст заявил, что, собирающиеся 31 июля на свой слёт пособники нацистов: «С большой долей вероятности они вспоминают там события своей молодости. Пока это ограничивается определенной ностальгией по молодости, не зависимо от стороны, ни у кого претензий быть не должно…»
Ностальгия по эсэсовским мундирам — это, конечно, круто. Что тут скажешь? Вспоминается почему-то достославный дон Сэра из повести Стругацких «Трудно быть богом»:
«Где-то в середине очереди громко, так, чтобы все слышали, дон Сэра уже третий раз за последние пять минут провозглашал: «Не вижу, почему бы даже благородному дону не принять пару розог от имени его преосвященства!»
.
Я сейчас перечитываю Алеся Адамовича, одну из самых страшных книг за всю историю печатного слова — «Каратели». И мое отношение к эсэсовцам — будь они хоть трижды ветераны и какого угодно возраста — от этого только усугубляется.
В Германии задержан гражданин ЭР с 10 кг амфетамина
Март Лаар доволен. Да что там – счастлив:
Летние новости всегда немного отличаются от новостных сюжетов остальных времен года. Жара-с, господа. Да и главные действующие лица нашего политического цирка, члены правительства и парламента, в отпусках. Вот и приходится газетам строить интриги вокруг совершенно ординарных событий.
С государственного склада исчез 91 кг конфискованных наркотиков


Когда Ансип был маленький, он некоторое время состоял в кружке юных археологов. Началось же всё с того, что однажды его мама вышла за какой-то надобностью во двор, и увидела сыночка сидящим у забора с детской лопаткой, которой он вяло, но с очень деловитым видом сыпал песочек на небольшую кучку перед собой. Иногда эта кучка начинала колыхаться, как будто из нее пытался выбраться кто-то живой. Тогда бутуз начинал гораздо энергичнее подсыпать песок, иногда откладывая лопатку для того, чтобы несколько раз что есть сил ударить ведерком по шевелящемуся холмику.
Эстонец: застоявшаяся кровь Эстонии