Перейти к содержанию

На дне (по М. Горькому)

Место действия — бюро Партии Реформ, на следующий день после парламентских выборов 6-го марта 2011 года. Действующие лица: Андрус Ансип — премьер-министр, Юрген Лиги — министр финансов, Урмас Паэт — министр иностранных дел, Рейн Ланг – министр юстиции, Лайне Янес — министр культуры, Март Лаар — социально близкий

.

А н с и п. (приподнимаясь на нарах). Кто это бил меня вчера?
Л  и г и. А тебе не все равно?..
А н с и п. Положим, так… А за что били?
Л и г и. Страну обезработил? С экономикой играл?
А н с и п. А вы все — что, ни при чем? Ну, играл…
Л и г и. За это и били…
А н с и п. М-мерзавцы…
П а э т. (высовывая голову с печи). Однажды тебя совсем убьют… до смерти… Это я тебе вполне дипломатично заявляю.
А н с и п. А ты — болван.
П а э т. Почему?
А н с и п. Потому что — дважды убить нельзя.
П а э т. (помолчав). Не понимаю… почему всех можно, а именно ТЕБЯ — нельзя?
Л а н г. А ты слезай с печи-то да убирай страну… запустили совсем… чего нежишься?
П а э т. Это дело не мое…
Л а н г. А вот Лаар придет — он тебе покажет, чье дело…
П а э т. К черту Лаара! Сегодня ансипова очередь убираться… Ансип!

А н с и п. Мне некогда убираться… я на пресс-конференцию иду.
П а э т. Это меня не касается… иди хоть на каторгу, или в школу — учителем химии… а пол мести твоя очередь… я за других не стану работать…
Л а н г. Паэт! тебя просят, — ты и сделай… не переломишься, чай!
П а э т. Ну… всегда я… не понимаю… (Слезает с печи.) Мне вредно дышать пылью. (С гордостью.) Мой организм отравлен алкоголем… (Задумывается, сидя на нарах.) С тех пор, когда репортером в газете бегал…
А н с и п. Организм… органон…
Я н е с. Камрад Рейн…
Л а н г. Что еще?
Я н е с. Там мульгикапсад остались вчерашние… возьми поешь.
Л а н г. (подходя к ней). А ты — не будешь?
Я н е с. Не хочу… На что мне теперь есть? Ты — работник… авось еще куда пристроишься… в Москву, может, вернешься, консультантом в коллегию адвокатов… тебе — надо…
Л а н г. Боишься? Не бойся… может, еще…
Я н е с. Иди, кушай! Тяжело мне… видно, скоро уж…
Л а н г. (отходя). Ничего… может — встанешь… бывает! (Уходит в кухню.)
П а э т. (громко, как бы вдруг проснувшись). Вчера, в министерстве, канцлер сказал мне: ваш, говорит, организм — совершенно отравлен алкоголем… Ск-котина!
А н с и п. (улыбаясь). Органон…
П а э т. (настойчиво). Не органон, а ор-га-ни-зм…
А н с и п. Сикамбр…
П а э т. (машет на него рукой). Э, вздор! Я говорю — серьезно… да. Если организм — отравлен… значит, — мне вредно мести пол… дышать пылью…
А н с и п. Макробиотика… ха!
Л и г и. Ты чего бормочешь?
А н с и п. Слова… А то еще есть — транс-сцедентальный…
Л и г и. Это что?
А н с и п. Не знаю… забыл…
Л и г и. А к чему говоришь?
А н с и п. Так… Люблю непонятные, редкие слова… Когда я был мальчишкой… служил коммунистам… я много читал книг, брошюр всяких…
Л и г и. А ты был и коммунистом?
А н с и п. Был… Бывших коммунистов не бывает… (Усмехаясь.) Есть очень хорошие книги… «Малая земля» — знаешь?.. и множество любопытных слов… Я был образованным человеком…
Л и г и. Слыхал… сто раз! Ну и был… эка важность!.. Я вот — заведующий филиалом банка был… свое заведение имел… Руки у меня были такие желтые — от золота: монетки золотые считал я, — такие, камрад, руки были желтые — по локоть! Я уж думал, что до самой смерти не отмою… так с желтыми руками и помру… А теперь вот они, руки… просто грязные… да!
А н с и п. Ну и что же?
Л и г и. И больше ничего…
А н с и п. Ты это к чему?
Л и г и. Так… для соображения… Выходит — снаружи как себя ни раскрашивай, все сотрется… все сотрется, да!
А н с и п. А… кости у меня болят! Камрад Лиги, ты ж министр финансов — дай пятачок!
Л и г и. У меня всего два евроцента…
А н с и п. Ланг, дай пятак!
Л а н г. Пошел к черту! Много вас тут…
Я н е с. Камрад Рейн… Душно мне… трудно…
Л а н г. Что же я сделаю?
А н с и п. Гудит у меня голова… эх! И зачем люди бьют друг друга по башкам?
Л и г и. Они не только по башкам, а и по всему прочему телу. (Встает.) Пойти, что ли, акцизы напоследок повысить… А журналюг наших чего-то долго не видать сегодня… словно издохли. (Уходит.)

Янес кашляет. Ансип, закинув руки под голову, лежит неподвижно.

П а э т. (тоскливо осмотревшись вокруг, подходит к Янес). Что? Плохо?
Я н е с. Душно.
П а э т. Хочешь — на Певческое поле выведу? Подирижируешь немного, может, полегчает… Ну, вставай. (Помогает женщине подняться, накидывает ей на плечи какую-то рухлядь и, поддерживая, ведет к выходу.) Ну-ну… твердо! Ты ж культура! Я — сам больной… отравлен алкоголем…
Л а а р. (в дверях). На прогулку?
П а э т. А ты — посторонись… видишь — больные идут?..
Л а а р. Проходи, изволь… (Напевая под нос что-то патриотическое, подозрительно осматривает бюро реформистов.)
П а э т. (входит). Усадил бабу к дирижерскому пульту, закутал…
Л а а р. Экой ты добрый, камрад! Хорошо это… это зачтется все тебе…
П а э т. Когда?
Л а а р. На том свете, камрад… там все, всякое деяние наше усчитывают…
П а э т. Шельма ты, камрад… (Уходит в кухню.)
Л а а р. (Ансипу). Убежал, хе-хе! Не любит он меня…
А н с и п. Кто тебя — кроме черта — любит…
Л а а р. (посмеиваясь). Экой ты ругатель! А я вас всех люблю… я вас понимаю, братия вы моя несчастная, никудышная, пропащая…

Комментарии

Опубликовано в рубрикеПарламент и правительствоЮмор

Оставьте первый коментарий

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.