Рубрика: Интеграция

Корр: «После событий с Бронзовым солдатом мы (русские в Эстонии) перестали стесняться того, что мы русские». Это слова жительницы Таллинна. Вы готовы присоединиться к этим словам?

Среди тех людей, которых я уважаю нет тех, кто бы стеснялся, что он русский. Я себе вообще не представляю, почему мы должны этого стесняться. Хотя надо отдать должное, фраза очень громкая. Но мне кажется, что и до событий конца апреля русским в Эстонии стесняться было нечего. Такие слова мог сказать человек, который будучи русским и живя в русской семье, учится или учился, например, в эстонской школе. У него создаются определенные комплексы. Это явление не новое и достаточно распространенное.

Корр: Вокруг Нарвы сейчас наплетено немыслимое число небылиц, но давайте начнем с реальных событий. Итак – что произошло?

10 июня в одном из кабинетов нарвской горуправы был проведен обыск и изъятие документов. Аркадия Николаева, и.о. директора Департамента городского имущества и хозяйства, задержали, причем из служебного кабинета по всей Петровской площади до полицейского транспорта провели в наручниках.

Но на следующий день Николаева из-под стражи выпустили, рабочий кабинет для дальнейшей служебной деятельности освободили и даже не сделали мэру Нарвы предписание об отстранении Николаева от работы.

Второе и третье события произошли 16 июня, когда полиция безопасности, КАПО, провела обыск и изъятие документов из кабинета вице-мэра Софьи Хомяковой и руководителя MTÜ Narva Ettevõtluse Arendusühing Вадима Орлова.

Опять, как и в первом случае, в республиканской и городской прессе появились публикации, в которых авторы многозначительно рассуждали о коррупции, обсуждали связи между людьми – причем такие связи, которых нет только у живущего в дремучей чаще Маугли. Спустя несколько дней все кабинеты были возвращены владельцам.Всё.

Корр: А резонанс эти события получили огромный. Почему, как по-вашему?

Русофобам, которые ныне у власти, нужны внутренние враги. Мы, соответственно, не нужны в качестве лояльных граждан. Поэтому предпринимаются любые шаги, которые могут создать Северо-Востоку, и Нарве в первую очередь, очередные трудности. Так провоцируется сопротивление, которое в глазах избирателей-эстонцев можно выдать за происки врагов. Так было 26-го апреля прошлого года, а сегодня таким, как соц-демократ Нестор нужна возможность уверять тех, кто им верит, в превосходстве представителей одной нации над другой, уверять Европу в своем праве не вести равный диалог с нацменьшинствами, а навязывать им ассимиляцию. Им нужны русские погромщики, желательно из Ночного дозора, и русские коррупционеры, желательно в самоуправлениях, где русские в большинстве. Тогда снижение самооценки русской общины Эстонии позволит правящей коалиции делать дешевую рабочую силу, каковой мы являемся, послушной во всех смыслах, в том числе и в политическом. Поэтому любой, даже выдуманный негатив из Нарвы, с Северо-Востока, раздувается при помощи СМИ до вселенских масштабов.

Корр: — Каково быть русским политиком в Эстонии? И что на ваш взгляд нужно делать для того, чтобы быть успешным русским политиком в Эстонии?

— В Эстонии прилагательное «успешный» к слову «политик» уже почти никакого отношения не имеет. Особенно когда речь идет о русских политиках. Всё, к чему стремились разные русские партии, всё, к чему стремились депутаты Рийгикогу русской национальности – похоронено в апреле прошлого года. И закопано так глубоко, что уже и отыскать невозможно следы положительных изменений 6-8-летней давности. Поэтому успешных русских политиков парламентского уровня в Эстонии нет. Глядя на регресс экономики и межнациональных отношений можно, кстати, констатировать, что и из политиков-эстонцев мало кто может претендовать на звание «успешного».

У меня есть опыт двух парламентов — IX и X (работа в XI ограничилась тремя неделями). В IX парламенте еще была дискуссия, был диалог, еще можно было отстоять свою точку зрения. Можно было внести хоть какие-то разумные изменения в Закон об иностранцах, в Закон о языке, в Закон о гражданстве — и так 12 моих законопроектов превратились в законы.

С X Рийгикогу в эстонской политике диалог стал хиреть, а нынешний парламент культивирует уже исключительно монолог, главенствует партийная идеология, и все голосуют по команде. Политика  государственного масштаба построена таким образом, что успешности никакой быть не может, посредственность, оказавшись в большинстве у власти, всегда устанавливает свои правила игры.