«О президенте Т.Х.Ильвесе будет в ближайшее время снят документальный фильм…»
Pruuli ja Talvik teevad president Ilvesest filmi
.
«Стук копыт заглушил внезапно налетевший пронзительный всхлип губной гармошки. Том-Бабочка медленно поднял голову и сдвинул на затылок насквозь пропотевшую шляпу. В салун, звеня шпорами, ввалились несколько мексиканцев, грязных и небритых. «Бандиты…» — подумал Том. «Бабочка…» — подумали тупые бандиты.
…….— Виски! — рявкнул один из них бармену. По стойке заскользили стаканы, забулькал второсортный бурбон.
…— Эй! — окликнул грубиянов Том, презрительно прищурив глаза. — Потише там! Здесь некоторые отдыхают!
…— В могиле отдохнешь! — загоготали бандюки.
…….Том медленно поставил на стол свой бокал, положил рядом сигару. Это было очень трудно сделать, не убирая задранных на край стола ног в ковбойских сапогах, но он справился. Бабочка не пил и не курил, однако хотел быть своим для посетителей салуна. Поэтому, приходя в него, брал на вечер стакан молока и сигару. Сигару через несколько часов сдавал назад.
…— Этот город — под моей защитой! — процедил Том сквозь плотно сжатые губы, и опустил ладони на ремень, поближе к кобурам. Салун вновь заполнили нервные трели губной гармоники.
…— Да ты и в дохлого бизона не попадешь с трех шагов! — продолжали изгаляться плохие ребята. — Потому что завязнешь в его дерьме, которое не разглядишь!
…….Но, радуясь развлечению, плохиши оторвались от стойки и выстроились в ряд. Руки их нервно сжимались и разжимались. Посетители салуна без паники, но спешно уходили с линии стрельбы.
….— Я не вязну в дерьме при встрече с ним, — отчеканил Том. — Я его размазываю по стенке…
…….Мексиканцы выхватили свои револьверы, но Бабочка всех опередил: грохот выстрелов звучал всего пару секунд, кабак заполнили клубы порохового дыма, в котором послышались звуки падающих тел, перемежающиеся извергаемыми ими грязными ругательствами на мексиканском языке…»
— На каком языке? — поднял брови режиссер.
Январь — время подведения итогов минувшего года. И не могу не поделиться одним из ярких впечатлений по итогам прочитанного — интервью экономиста М. Делягина и обозревателя «КП» Г. Сапожниковой, озаглавленном «Зависшая Прибалтика». Думаю, что каждого, живущего в Эстонии, оно заинтересует точностью взгляда и попаданием в тему.
2009 год был богат на высказывания и поступки, место которым — в анналах. Если не глубже. Не менее пяти дюжин ляпов отцов эстонской демократии, вербальных и невербальных, конкурировали на место в «горячей десятке». Так что сформировалась она в отчаянной борьбе. Впрочем, судите сами.
При подготовке «горячей десятки» выяснилось, что ряд авторов, достойных упоминания за их откровения, не вписываются в конкурсные условия. Тем не менее, в 2009 году их слова прозвучали громко и достойно, по каковой причине есть смысл отметить их достижения отдельными премиями.
Для многих это стало привычкой — провожать последние секунды уходящего года с бутылкой шампанского в руке и говорящей головой на экране. Причем от президента ждут не просто поздравлений — по какому-то глупому обыкновению каждый раз надеются услышать некое послание, sõnum (эст.), message (англ.), которым он, глава государства, искренне и честно не только подведет итоги года уходящего, но и определит главные задания на год наступающий.
«Премьер-министр Андрус Ансип сказал в интервью ЭТВ, что у него нет никакого сомнения по поводу того, что министр финансов Юрген Лиги позволил бы обменять кроны на евро по вредному для Эстонии курсу. Курс при вхождении в еврозону определяют Еврокомиссия и Европейский центробанк. Ансип сказал: «Нам важно знать, что решение должно быть вынесено на основе консенсуса, и у меня нет никакого сомнения, что Лиги не согласится с курсом, который не составляет 15,6466…»