Месяц: Ноябрь 2022

Выбрать часть: (01) | (02) | (03) | (04) | (05)
(06) | (07) | (08) | (09) | (10)
(11) | (12) | (13) | (14) | (15)
(16) | (17) | (18) | (19) | (20)
(21) | (22) | (23) | (24) | (25)

Глава 15

ОГОНЬ

«Что за автобус дурацкий? Что здесь вообще происходит? – преодолевая подступившую к горлу тошноту, попытался собраться с мыслями Виктор. — Какой в этом всем смысл?»

— А смысл никому и не нужен, — будто прочитал его мысли Тамерлан. — Ты просто жертва обстоятельств. Маленький глупый мальчик. Ни в чем ты не разбираешься и, что хуже всего, ничему не желаешь учиться. Нахватался стереотипов и полагаешь – этого хватит. Даже твой смартфон намного умнее тебя.

Его голос звучал пугающе, но очень тихо, как-будто опять зарождался и затем исходил из головы самого Виктора.

— Нам досталось жить во времена всеобщего, даже тотального саморазоблачения. Утро короля начинается с нескольких твитов, из которых планета узнает, как ему спалось нонешней ночью и как утром гадилось. И кого под воздействием проблем с пищеварением его величество намерен в ближайшее время стереть в порошок и спустить в унитаз.

— Это вы сейчас про кого? — сузив глаза, с неясной угрозой в голосе спросил Виктор.

— Думай что хочешь. Но факт остается фактом: духовный стриптиз стал тотальным, а свобода самовыражения превратилась в фетиш. Только вот когда за душой ничего нет, то этим создается лишь дутая значимость. Это иллюзия свободы. Ах да…

Бродяга с ухмылкой уставился на репортера.

Выбрать часть: (01) | (02) | (03) | (04) | (05)
(06) | (07) | (08) | (09) | (10)
(11) | (12) | (13) | (14) | (15)
(16) | (17) | (18) | (19) | (20)
(21) | (22) | (23) | (24) | (25)

Примечания к четырнадцатой главе

Криобар Афонский

Стр. 239. Как заметил некогда Криобар Афонский, пропить можно всё кроме привычки всё пропивать.

Если кому нужен пример того, как меняет картину мира выдернутая из контекста фраза, то лучше Криобара Афонского для этого, пожалуй, никого не найти.

Достопамятный Пробус Куриаций в своих путевых заметках рассказал об этом доморощенном философе и не сумевшем себя реализовать писателе много чего занимательного, но обыватель всегда ухватывается за самое для себя понятное – вот и стал Криобар в памяти потомков всего лишь лихим пропойцей. Ирония же судьбы состоит в том, что вел он жизнь аскета и, в частности, воздерживался от пития вина.

К тому же – по причинам, которые мы опустим, поскольку говорить о них было бы скучно — был он отягощен образованием гораздо более своих односельчан, следствием чего была его беспримерная нелюдимость.

Есть люди — врачи и учителя, правоохранители и мусорщики, отсутствия которых на празднике не замечает никто, но стоит им не выйти на работу – и все валится. Вот и Криобар принадлежал к этому племени незаменимых работяг. В общем, был он примерного поведения и скромного образа жизни ничем не примечательный смотритель маяка на оконечности восточного зубца полуострова Халкидики.

Свободный от семейных уз, живя уединенно, Криобар много лет бежал уныния писанием книги о походах великого Александра Македонского. Вариантов чем-то заполнить нескончаемые излишки свободного времени было на маяке, собственно, всего два: пить по-черному, ну или создать какой-либо шедевр.

Выбрать часть: (01) | (02) | (03) | (04) | (05)
(06) | (07) | (08) | (09) | (10)
(11) | (12) | (13) | (14) | (15)
(16) | (17) | (18) | (19) | (20)
(21) | (22) | (23) | (24) | (25)

Глава 14

ТАМЕРЛАН

Перевалившись через поручень, здоровенный баул рухнул на пол — владелец смог лишь придержать его, несколько смягчив это падение. Поднялся столб пыли.

«Что они таскают в этих сумищах? — несколько раздраженно задумался Виктор. – Такое ощущение, что всю свою никчемную жизнь…»

Одним углом сумка шмякнулась на его туфлю. Он сварливо пробормотал что-то, выдернул ногу и слегка отодвинулся. Похожий на бездомного раскосый пожилой мужчина в поношенном плаще распрямился и взглянул на Виктора.

— Смотрите-ка, кто у нас тут!

Его прячущиеся в узких щелках глаза озарились хищной радостью.

— Вот уж повезло так повезло! Общественный транспорт все-таки незаменимая вещь. Какой только твари не встретишь в этих скрипучих коробках. Виктор, mon cher! – воскликнул он и развел в стороны руки, как бы предлагая обняться. – Или правильнее тебя теперь именовать Вельзевулом или Люцифером? Каким ником ты себя там в этих фейсбуках обзываешь? Виктор Диаволо? Ты хоть знаешь этимологию слова «дьявол»? Да уж, хорошим вкусом ты, увы, так и не обзавелся.

Репортер с недоумением посмотрел на заговорившего с ним бродягу. Он показался ему смутно знакомым. Смущала только густая сеть морщин на загорелом лице и растрепанные седые волосы. Таких приятелей у них отродясь не было. Ни на кладбище, ни на мясокомбинате. Даже университетская профессура выглядела благопристойнее.

Выбрать часть: (01) | (02) | (03) | (04) | (05)
(06) | (07) | (08) | (09) | (10)
(11) | (12) | (13) | (14) | (15)
(16) | (17) | (18) | (19) | (20)
(21) | (22) | (23) | (24) | (25)

Глава 13

МРАЧНОЕ СРЕДНЕВЕКОВЬЕ

Есть нечто трогательное в том, как тут же ждет облегчения каждый, принимающий таблетку. Она еще на полпути в желудок, а пациенту уже чудится избавление от боли или жара. Тем же свойством обладают, за редкими исключениями, предвыборные обещания. Все блага всем и сразу – так это звучит в самом упрощенном варианте. Что, без сомнения, объясняется тем, что пиарят фармацевтические концерны и политические партии одни и те же мордоделы из одних и тех же рекламных агентств.

Затем Виктор поскучнел лицом. Он не знал, чего, собственно, следует ожидать от этого расхваленного Олендорфом снадобья, но чуда точно не случилось. Вообще ничего не произошло. Такой чуткий ко всем воздействиям окружающий мир плевать хотел на эти дурацкие капсулы.

Было по-прежнему как-то тревожно. И настроение дрянь. Вот и в животе снова заурчало и вроде как даже булькнуло. Лоб покрылся легкой испариной, во рту появилась неприятная сухость. Но белый свет, как тому и положено быть, остался точь-в-точь таким же, как несколько минут назад. «Даже пробовать нечего поменять в нем что-либо с помощью медикаментов, это же очевидно», — подумалось репортеру.

Автобус затормозил на красный свет светофора, и со своего места Виктор увидел идущего по «зебре» почтальона с пулеметом Максима на колесном лафете, причем почти весь бронещит древнего пулеметательного устройства был залеплен почтовыми марками; на голове почтаря была бейсболка с необычайно длинным козырьком. Следом за ним шла школьница с голубым кроликом на розовой нейлоновой куртке.

Выбрать часть: (01) | (02) | (03) | (04) | (05)
(06) | (07) | (08) | (09) | (10)
(11) | (12) | (13) | (14) | (15)
(16) | (17) | (18) | (19) | (20)
(21) | (22) | (23) | (24) | (25)

Примечания к двенадцатой главе

Шавьер Рамиру Родригеш да Силва, Уолтер Дрейк и Спанер

Стр. 215. И приводили многочисленные примеры того, как правильное название привело к успеху, например, Шавьера да Силву…

Шавьер Рамиру Родригеш да Силва сразу после окончания обучения в Федеральном университете штата Минас-Жерайс отправился в свою первую экспедицию по дождевым лесам Амазонии. Этому интереснейшему путешествию и была посвящена значительно позже опубликованная в Великобритании и ставшая бестселлером книга.

Время было сложное, всего несколько лет как закончилась вторая мировая. А тут из разоренной войной Европы в Манаус, куда с семьей переехал Шавьер, прибыла группа ученых-зоологов, судя по всему — немцев.

В Амазонию они прилетели из Аргентины и теперь им срочно требовались проводник и переводчик. Пообщавшись с их руководителем, доктором Борманом, Шавьер так и не понял, каких наук он доктор и какой такой научный интерес привел четверых бравых натуралистов, один из которых носит медицинский фиксатор для шеи, в тщательно исследованный бассейн Риу-Негру: немецкий язык он изучал факультативно и очень недолго, словарного запаса не хватало для более или менее предметного разговора. Но плату предлагали неплохую, а в Манаусе для Шавьера работы по специальности не было, кроме как в муниципальной начальной школе, так что да Силва с радостью согласился сопровождать европейских ученых хоть к черту на кулички или куда они собрались. Как проводник и немного даже переводчик.

Отчалив из Манауса, экспедиция поднялась по Риу-Негру на шестьсот километров на пассажирском пароходике. Всю дорогу ученые-европейцы просидели в каюте, из которой иногда доносилось тоскливое: «Deutschland, Deutschland über alles,Über alles in der Welt…»