Вчера в Рийгикогу обсуждался проект партий правящей коалиции – изменение Закона о жидком топливе (ЗЖТ). Далее – текст моего выступления из стенограммы (а здесь – оригинал на эстонском).
«Милые моему сердцу коллеги!
Пока что все мы воспринимаем этот законопроект на чувственном уровне. Примерно так, как одна знаменитая вдова (речь идет об известном всем в зале Рийгикогу литературном персонаже), которая никак не могла определиться с тем, чего ей больше хочется, торта или селедки.
Но нам надо бы больше использовать логику. Хотя злые языки утверждают, что частенько в зале Рийгикогу логика никак не пересекается с тем, что говорится. Но логикой пользуются даже обезьяны в зоопарке. Даже мартышка знает, что если в соседнем вольере начинается веселое шебуршание – значит, через пару минут появится кто-то, кто принесет ей яблоко или банан. Она, мартышка, умеет увязывать события и явления. Давайте и мы попробуем это сделать.
Прошлый Закон о жидком топливе был инициирован в прошлом году, 13-го декабря. Учитывая, что после этого были рождественские каникулы, Новый год, то в этом зале законопроект появился с фантастической просто быстротой. И на первом чтении докладчик сказал, что целью этого закона является упорядочение сформировавшегося в последние годы недопустимого положения на рынке горючего. Борьба с налоговым жульничеством. И добавил, что топливные фирмы (в лице Eesti Õliühing) предлагают поднять залоговую сумму (за подлежащий оплате налог с оборота, от которого регулярно уходят недобросовестные фирмы, чем наносят госбюджету ущерб порядка 47 миллионов евро в год) аж до миллиона евро. Великолепно! На следующем чтении, в феврале, это предложение было принято, а затем, 24-го февраля, был и закон принят. С чем никто не спорил, поскольку все мы желаем бороться с налоговыми жуликами, коррупцией и тому подобным. Особенно перед выборами.
Прошло всего два месяца. Что изменилось? Что, налоговые жулики стройными рядами отправились в Налогово-таможенный департамент сдаваться и сдавать государству украденное? Нет. Или экономическая ситуация изменилась? Нет, она та же, и даже стала хуже на рынке жидкого топлива благодаря событиям в Северной Африке.
Так может Eesti Õliühing изменил свою позицию? Я напомню, что именно в соответствии с их видением и был принят в феврале ныне действующий закон. Нет. У меня в руках их письмо (в финансовую комиссию парламента), в котором последний абзац звучит так: «По мнению Eesti Õliühing в действующем Законе о жидком топливе умеренно и эффективно заложены меры, обеспечивающие основную цель – уменьшение объема налогового мошенничества, связанного с продажей горючего. Изменение ЗЖТ, предлагаемое теперь, ставит под угрозу существенные общественные интересы». Почему об этом мнении никто не говорит?
Нам говорят, что возникли какие-то противоречия с Конституцией. Я не буду тратить ваше время и зачитывать соответствующие параграфы основного закона. Но ни 31-ый, ни 11-ый параграф Конституции никак не увязываются с предполагаемыми проблемами ЗЖТ. И напомню, что право указывать на несоответствие закона Конституции принадлежит канцлеру права и Госсуду, но ни в коем случае не финансовой комиссии парламента.
В тоже время не хочу я верить, что этот закон меняют, не имея на то ни одной убедительной причины. Какая-то логика должна же во всем этом быть. Уж если народ Эстонии нас сюда, в парламент, послал, то сделал это в искренней надежде, что мы все же умнее обезьян в зоопарке, и будем искать логику в каждом вопросе. И я думаю, что эти убедительные причины существуют.
Их может быть 10 000, этих аргументов в пользу изменения закона, а может – и 20 000, и 100 000, и даже 200 000 их может быть, красивых хрустящих аргументов. О которых мы никогда не узнаем, так как система финансирования партий у нас настолько непрозрачная, что никогда нельзя однозначно выяснить источники, из которых поступают деньги на оплату партийных долгов.
И значит, нам надо выбрать между двумя причинами, объясняющими, почему реформа и СОР инициировали изменение этого закона. Это или те десятки тысяч цветастых аргументов, о которых я только что говорил, или чье-то внезапно возникшее особое мнение в связи с желанием спасти чей-то бизнес.
Это было короткое вступление, а теперь – к сути дела. Поскольку я выступаю перед вами в качестве представителя фракции, то хотел бы зачитать такой текст: «Фракция Центристской партии Эстонии делает предложение прервать первое чтение проекта закона об изменении Закона о жидком топливе SE 24. Спасибо!»
надеюсь, отчет об ответе и окончательном решении, равно как и том, от кого и сколько аргументов было получено, воспоследует.