Метка: книга

Где-то в начале августа у меня должна выйти новая книжка. Здесь – небольшой отрывок из нее.

Когда-то очень давно жил в Таллинне богатый торговец, у которого было три дочери, далеко не самых красивых. Худые как щепки, загорелые да не в меру болтливые… Бр-р-р, ужас! А ведь всем тогда было известно, что женщина должна быть молчаливой и дородной, поскольку подкожный жир спасает от холода, и в зимние морозы при такой жене можно неплохо на дровах сэкономить. И весьма накладно столько тощих дочек замуж выдать – без компенсирующего худобу приданого точно никто не возьмёт.

Но был у этого негоцианта небольшой земельный участок, и решил он на нём построить дом – уж при таком-то имуществе хоть одну дочь пристроить удастся. Лучше так, чем аж три старые девы перед глазами до самой смерти.

Нанял купец каменщиков да плотников, закупил всё необходимое для строительства, но тут пришла новая беда — дочки его были сверх меры болтливы, сплетничать любили до самозабвения; сходили они посмотреть на участок, да так на нём стоять и остались – находился-то он прямо за Большими морскими воротами, а столько слухов и сплетен, сколько на дороге к порту, не услышишь нигде.
Вот и стояли три девушки, друг к другу прижавшись и в уши всякие страсти нашёптывая – и не убрать их оттуда было никакими силами.

Где-то в начале августа у меня должна выйти новая книжка. Здесь – небольшой отрывок из нее.

В незапамятные времена жил в Таллинне купец, отличавшийся просто неприличной какой-то бережливостью. В молодости был он солдатом и в одной из войн, защищая Таллинн, потерял ногу, но даже новые костыли – когда старые стаптывались – он выстругивал себе сам. А уж семью держал на хлебе и воде, хотя зарабатывал очень даже неплохо.

Когда купец умер, оказалось, что перед смертью продал он всё своё имущество, а в завещании указал, что наследником станет тот, кто его со всем почтением похоронит. Засуетилась было родня, да почти сразу и плюнула: делить-то нечего, куда старый скряга деньги дел – чёрт его знает. И отказались они его хоронить, городу отдали.

А город всё сделал как положено, не только в приличную одежду переодел ветерана, но даже новый костыль заказал краснодеревщикам.

Так вот — отстегнули перед отпеванием старый костыль, а из него золото и серебро так и хлынуло.