5 вопросов, 300-500 знаков для ответа на каждый, 2 500 максимум. Виноват, чуть-чуть не вписался – получилось почти 2 600.
Я не вижу разницы в восприятии итогов советского периода. Просто одни помнят, что в то время строились электростанции, возводилось в неимоверных объемах бесплатное жилье, что все дети получали образование на родном языке и в очереди на операцию не надо было ждать полгода. А люди относились друг к другу по-человечески. Другим же внушили, что энергетика, промышленность и жилье появились сами собой, по щелчку, из воздуха. А люди делятся на тех, кого следует уважать – и тех, кого можно как угодно унижать. Ну так надо им объяснять, что это не так.
Facebook | Telegram
Сайт с программой
Если мне доведется писать экономический блок Программы некой новой партии, то… Нет, начну, пожалуй, с иного.
Чем старше становлюсь, тем чаще вспоминаю своего деда. Его поколению и ему, обычному сапожнику, от жизни здорово досталось: посадка по одному доносу, лагерь на Урале, потом, прямо из лагеря, на войну; посадка по другому доносу, лагерь – и снова война, уже на другом конце континента; снова посадка, лагерь где-то под Магаданом, поселения. В Эстонию он вернулся в начале 60-х, когда я делал свои первые шаги. Говорил дед редко, но внушительно.
«Не трогай то, что работает. — Это когда он застал меня за разборкой новенького будильника. — Часовщиком ты так не станешь, а без полезного механизма семью уже оставил».
Это довольно странно, но у поколения, хлебнувшего и войны, и беспредела, с логикой было все в порядке. И то, что логично – это и было правильно. Привозят студентов на картошку в обычную эстонскую деревню – и ты знаешь, что там будут и школа, и магазин, и клуб, и медпункт, и рейсовый регулярный автобус в ближайший город. Вот только церковь стоит заколоченная, зато местные смотри как лихо строятся. И это воспринимается спокойно, потому что именно в этом логика и это правильно: да, всё это стоит немалых денег, но смысл именно в том, что деньги должны служить людям, а не наоборот.
Но вот оказываешься в той же деревне тридцать лет спустя, и не находишь ни школы, ни всего прочего. Одни руины. Потому что школу закрыли как экономически нецелесообразную, потом уехали почти все семьи с детьми; содержать магазин, клуб и медпункт тоже желающих не нашлось. Только церковь, еще больше обветшавшая, сохранила стабильность – так и стоит, теми же досками заколоченная. Потому что теперь люди служат средством добывания денег.
В конце нулевых я написал серию статей, которую, по названию одной из них, можно назвать именно так – примитивные мысли. Для примера – небольшой отрывок:
«Как там у Петра Алексеича сказано? «Подчиненный перед лицом начальствующим должен вид иметь лихой и придурковатый, дабы разумением своим не смущать начальство». Но я, бог даст, никогда не стану лихим придурком, верящим, что страна движется в пятерку богатейших стран ЕС; что памятники можно таскать с места на место и это нормально; что Эстонии не нужен российский транзит; что никакого кризиса нет.
Про свободу совести и говорить нечего, так с ней все замечательно обстоит. Каждый сам совершенно свободно решает, во что ему верить. Только, извините, если решение ваше будет неверным, то назовут вас подверженным чуждой пропаганде зомби.
Сделают, разумеется, всё, чтобы этого не произошло. Неправильные телеканалы уже отключили в тюрьмах и казармах, надо полагать, скоро что-нибудь придумают и для не огражденных колючей проволокой территорий. Памятники эсэсовцам плодятся как поганки и те, кому, грехи замаливая, стоило бы на закате жизни хоть раз на коленях проползти от бывшего концлагеря в Клоога до нарвских казематов, напяливают уделанные кровью мундиры и благосклонно слушают славословия в свой адрес министров обороны и депутатов парламента. Хотя тут и средневековый схоласт повесился бы, кабы пришлось ему доказывать, что в оккупированной стране, состоя в оккупационной армии и выполняя в точности команды ее генералов можно бороться за свободу этой самой страны…»
Еще несколько статей:
В твиттере экс-президента Т.Х. Ильвеса мне попалась занятная картинка. Кое-что вызвало сомнения в ее подлинности, но не будет же уважаемый человек, экс-президент Эстонии, плодить фейки? Так что примем таблицу на заставке за основу и попробуем представить, какую новость на ее базе сварганило бы Дельфи. Наверное, она звучала бы так:
Этим летом я побеседовал с журналистом, который брал у меня интервью как у одного из бывших председателей финансовой комиссии Рийгикогу. В ходе того разговора я сравнил экономику и финансовую систему Эстонии с детской железной дорогой: если правильно соединены рельсы и верно выбрана скорость – всё будет работать как часы. Но если подпустить к ней неразумного ребенка, то немедленно образуются заторы, а где-то сойдут с рельс поезда.
«Хотите сказать, что любая проблема может быть решена регулированием?» — спросил журналист. Умный парень. И я ему напомнил, что именно этим занимались и занимаются все наши правительства. Но поскольку их представления об окружающем мире находятся именно что на уровне неразумного ребенка – следуют заторы и сходы с рельс.
«Разве регулирование не является особенностью социализма? – съехидничал журналист. – Вместе с планированием?» Пришлось объяснить, что разница между социализмом и капитализмом (в сфере экономики) состоит лишь в том, что при социализме средства производства по большей части обобществлены и хозяин, то есть государство, сам устанавливает правила и сам же в соответствии с ними ведет дела; при капитализме средства производства разделены в частную собственность, но поскольку именно ее хозяева (в точности по Самуилу Маршаку, то есть владельцы заводов, газет, пароходов) определяют лицо власти, то по их воле государство ведет дела и устанавливает правила. И затем нещадно подгоняет их под меняющуюся действительность.
Дело было летом, когда цена на электроэнергию била все рекорды и инфляция превысила 20%.
«То есть, по-вашему, любую проблему можно решить волей правительства?»
Я был на втором курсе матфака ТГУ, когда один будущий программист, по фамилии Блинчук, учившийся на два курса старше меня, поспорил сразу с несколькими обитателями нашего общежития, что проживет (пропитается и прокурит) месяц на 3 (три) рубля. 30 дней! По 10 копеек в сутки!
Пари было принято. При этом незамедлительно были приняты и строжайшие меры к тому, чтобы исключить любую жалость из сердец общежитских девушек: ах, сколько раз спасали нас от голодной смерти их добрые сердца и кулинарные таланты!.. Тайное отчуждение съестных припасов — хоть колхозных, хоть единоличных — также нарушало условия пари. И запрещалась подработка на предприятиях пищевой промышленности, где, например, на тартуском мясокомбинате, кормили в ночную смену бесплатно. Интрига усугублялась тем, что заключивший пари был отчаянный курильщик, а бросить курить – это тот еще подвиг.
Не буду интриговать: Блинчук это пари выиграл. На выданные ему медью три рубля он сразу приобрел шесть пачек сигарет «Тулуке» (без фильтра, 60 копеек за всё плюс 3 коп. за три коробка спичек), резал каждую сигарету на три части — и горя не знал. Эти сигареты были настолько омерзительны, признавался позже Блинчук, что три затяжки отбивали тягу к курению, как минимум, на полдня.
