«Министр иностранных дел Урмас Паэт сказал Delfi, что в беседе со своим азербайджанским коллегой поднимал тему пропавших в Азербайджане денег эстонских предпринимателей. … Говорили об этом и президенты двух стран… Деньги пропали при неясных обстоятельствах. Предприниматели пытались самостоятельно спасти свои инвестиции, но безрезультатно…»
Паэт говорил с азербайджанским коллегой о пропавших эстонских деньгах
.
«На днях стал известен еще один довольно неприятный случай. … „Посредством крупного балтийского банка GILD 24 известных эстонских бизнесмена инвестировали в общей сложности 260 млн. крон (более 22 млн.долларов) в сомнительные проекты развития недвижимости в Азербайджане“, — пишет сайт balticbusinessnews.com. План предусматривал строительство в течение 3-5 лет 900 частных домов класса люкс на территории в 147 гектаров вблизи Баку. Инвесторы планировали получить от реализации проекта от 50% до 100% прибыли…»
Потери Госнефтефонда Азербайджана и приключения эстонцев в Баку
.
У одного султана, славившегося своим чувством юмора, был визирь, всегда готовый рассказать что-нибудь смешное. И, бывало, только султан закручинится, что при его должности периодически неизбежно, как его нукеры тут же бегут, спотыкаясь и натыкаясь на что попало, за этим визирем. Торопясь его найти, пока султан не начал лечить свою хандру обычным для восточных деспотов способом, то есть принудительным отделением шейных позвонков своих верных слуг от их же позвоночных столбов. Тут любой не то что забегает — мухой полетит.
И вот уже он, этот визирь, как бы нечаянно проходит мимо султана в его трапезной или опочивальне, делая вид, что он тут совершенно случайно оказался. Типа заблудился. А султан, разумеется, ликует, и визиря к себе подзывает. С одним монаршим повелением — рассказать немедля, чего там, за дворцовыми стенами, смешного приключилось за истекший с последнего приступа царственной мизантропии период.
«Только государственное вещание даст проживающим в Эстонии русским правдивую информацию, считает министр внутренних дел М.Померанц. Он крайне озабочен тем, что некоренное население черпает информацию в основном из недостоверных источников вроде российских телеканалов, и считает, что местных русских нужно погрузить в эстонское инфопространство, чтобы они стали настоящими патриотами Эстонии…»
7-го апреля ERR поделилось новостью: «Задавивший на „зебре“ насмерть женщину водитель получил условное наказание». В этом, собственно, и есть вся информация.
«Почему эстонские мужчины позволяют публично, в том числе и в СМИ, называть себя jobu (мудаками) — таким вопросом задалась газета Õhtuleht. … Мужской врач К. Аусмеэс считает, что дело — в гордости и высокой самооценке: эстонские мужчины просто не обращают внимания на всякие нападки…»
«В церкви св. Яана министры и епископ Эстонской евангелическо-лютеранской церкви Андрес Пыдер помогут безработным бесплатным советом. Помочь безработным согласились министр экономики Юхан Партс, министр по делам регионов Сийм Кийслер, министр социальных дел Ханно Певкур…»
«Еврокомиссар по транспорту Сийм Каллас считает разумным в Эстонии перейти на европейский стандарт железнодорожной колеи (отказаться от дальнейшего использования колеи шириной 1520 мм и перейти на широко распространенную в Европе колею 1435 мм), поскольку железнодорожный транзит в восточном направлении все равно в ближайшие годы иссякнет…»
«Поддержка правительству возросла с прошлогодних 42% до 54%. В 2009 году премьер-министру доверял 41% опрошенных, в марте 2010 года — 47%, свидетельствуют результаты исследования, проведенного фирмой Turu-Uuringud…»
«Родившийся 1 января 2008 года в Эстонии младенец к 31 декабря того же года выпил три ведра водки. Как и его сестра, брат, мать отец и бабушка. Сколько же цистерн алкоголя должен выпивать отец, чтобы на каждого члена этой компании в год приходилось выпиваемое в Эстонии в среднем количество — 11,9 литров чистого алкоголя в год, задается вопросом Õhtuleht…»
Это было так давно, что неправдой можно считать любую половину этой прекрасной, хотя и печальной легенды о медведях-людоедах. События ведь происходили в первой половине 21-го века, о котором мы сегодня судим в основном по газетам той поры. То есть объективной картины тогда происходившего у нас нет. Как, впрочем, не было ее и у наших предков.