stalnuhhin.ee Записи

«На конференции «Äriplaan 2010» лидер IRL Март Лаар извинился за то, что правительство не смогло во время решить многих проблем, что и сделало нынешнюю ситуацию особенно острой. «Сегодня мы не можем влиять на события, происходящие вокруг нас», —  признал он…»
Лаар: бедность заставляет шевелиться

«Президент Эстонии Т.Х.Ильвес в Нью-Йорке, выступая перед тамошними эстонцами, с похвалой отозвался о деятельности правительства Андруса Ансип, которое «не занимается популизмом». По словам Ильвеса, «мы исполнены оптимизма относительно будущего». Он отметил, что в Эстонии уже видны признаки окончания кризиса…»
Ильвес в Нью-Йорке похвалил правительство Ансипа

.

Конференция «Äriplaan 2010» началась довольно неожиданно. Март Лаар вышел, пританцовывая, на сцену, подслеповато оглядел участников, улыбнулся и шепеляво запел:

— Снова… в этом… зале — в этом зале нет пустого места. Это… значит… кризис — значит кризис поднимает флаг…

Собравшиеся очумело слушали пение лидера IRL. Вот он добрался до припева:

— Пусть не решить нам всех проблем — не решить… всех проблем. Но станет радостнее всем — веселей… станет всем!

Под завершающие аккорды фонограммы Лаар отбил чечетку и замер в свете рампы, опершись на стол.

— Ну что, болезные? — спросил он. — Плохо вам?

Из зала, где сидели предприниматели, донесся стон.

— Ну, извиняйте тогда, — пожал плечами Лаар. — За нерешенные проблемы. И за ближайшее будущее тоже… того… простите уж сразу. Потому что влиять на события, происходящие вокруг нас, мы сегодня не можем. Вот так. Никакого, как говорится, популизма. Вопросы есть?

«На конференции «Äriplaan 2010» лидер IRL Март Лаар сказал, что бедность — это не так уж и плохо, потому что она заставляет думать и шевелиться…»

Лаар: бедность заставляет шевелиться

«По словам Эдгара Сависаара, продажа принадлежащей государству доли Eesti Telekom основному акционеру TeliaSonera AB не является ни политически, ни экономически верной, кроме того, ставит под сомнение способность Эстонии быть самостоятельным государством с перспективами на восстановление после экономического кризиса…»

Сависаар: продажа Eesti Telekom ущемляет интересы страны

.

Напившийся крови клещ раздулся до размеров дирижабля, но все еще не отлипал от своего донора, маленькой кудлатой дворняжки неопределенного происхождения. Его ставшее несуразно большим пузо переливалось на солнце сине-зеленым, лапки бессильно повисли по бокам. Вокруг скакали мелкие насекомые с диктофонами, микрофонами и камерами.

— Господин Клещ! — подлезла под бок одна из этих блох. — Скажите что-нибудь умное своим почитателям!

Клещ что-то вроде бы услышал сквозь сытую дрему, но смысла не разобрал. Уж больно лень было двигаться и думать.

— Эй! — не отставали блохи. — У нас тут, кстати, проблемы. Эта тварь, к которой ты присосался, уже на ладан дышит. И если она сдохнет — нам тоже капец. Это ведь и наша родина, между прочим.

При слове «родина» Клещ чуть дернулся. Чисто механически. Просто сработал условный рефлекс.

«Партия Реформ раздает перед местными выборами презервативы, на упаковке которых лозунг «Äkki teeks mitmekesi!» (наиболее адекватный перевод — «Сделаем это в группе (вместе)!»)…»

Reformierakond kutsub grupiturvaseksile (Партия Реформ призывает к безопасному групповому сексу)

.

Стихший было истеричный плач разразился с новой силой, когда с площади вновь донесся рев распаленной толпы. «Пентус!.. Пентус!..»  — скандировали за окном, тогда как сама Кейт Пентус, растрепанная, с потекшей по лицу косметикой, захлебывалась рыданиями в кабинете Ансипа.

Премьер подошел к кандидату реформистов на пост мэра столицы и погладил ее, пытаясь успокоить, по голове. Ласки у него, мужчины сурового и принципиального, никогда не получались. Вот и сейчас эти наглаживания походили скорее на тычки и подзатыльники. Но Пентус они, как обычно, привели в чувство.

— Я к ним не пойду! — заявила она категорично, громко сморкаясь в предложенный премьер-министром носовой платок. — Что это вообще за дела? Пусть тот, кто выдумал презервативами агитировать, с ними и… — запнулась кандидат в мэры, подыскивая приличный глагол. — При моем хрупком телосложении и, практически, эфемерной конституции — что от меня останется? Сам иди!.. Тебя они еще больше хотят… видеть…

— Не так все просто, — ответил ей Ансип, педантично складывая платок и убирая его в карман. — Ты, партайгеноссе, пока просто не дозрела до понимания основных тенденций нашей общественно-политической политики. А Конституция у нас у всех — эфемерная.