Рубрика: Обзор прессы

«Движение «Сделаем!» (Teeme ära!) в этом году заявило, что намерено предпринять мозговой штурм ради того, чтобы наконец-то подружить проживающих в стране эстонцев и русских…»

Тарту утопили в мусоре

.

Из выступления экс-министра внутренних дел Пихла: «Чо?.. А?.. Не, я, в принципе, могу и выступить… Хотя базарить не мастак. Не моё это. Просто мимо проходил, смотрю – скопление какое-то подозрительное… А у меня и ключи от терминала Д с собой… И бита моя любимая… Мы с ней столько мозгов штурмом брали! А тут, типа, аналогичное что-то намечается – вот мы и подошли… С битой моей, лапушкой… Так мы пока в уголочке там посидим… С битой вместе. Зовите, если что… Ну, мало ли… Может — убедить кого-нибудь понадобится, что лучше дружбы ничего нету… А то ведь как жить со сломанными в локтях руками и отбитыми почками? Уж за мной-то не заржавеет…»

Из выступления действующего министра внутренних дел Померанца: «У меня такое ощущение складывается, что тут сплошь дебилы собрались. Я пока только одного оратора выслушал, но визуальные ощущения не оставляют сомнений. Уж извините, если кого обидел. Я, ей-богу, не хотел. Просто ситуация безвыходная. Как мне это вам, кретинам, еще объяснить? Я ж уже давно вам всем докладываю: газета нужна! Правильная такая газета на негосударственном языке. Чтобы каждому русскому выдавалась под роспись. Утром. А вечером – проверка усвоения опубликованного… А вы опять свои мозги штурмовать собрались. Идиоты! Чужие мозги надо штурмовать, чужие! И будет вам тогда дружба навек…»

Из выступления министра юстиции Ланга: «Попросил бы не забывать, что все мы живем в исключительно правовом государстве. В котором нет места беззаконию, если оно не регламентировано соответствующими актами. Я это к чему? Да закон пора соответствующий принять – и точка! Закон о дружбе. С соответствующими санкциями за неисполнение. Кто не дружит – штраф! А если злостно не дружит или не дружит в особо крупных размерах – реальный срок давать. Или лишать вида на жительство. И из страны высылать на фиг. Чтоб неповадно было не дружить! И, главное, не миндальничать. А то что за дела – подружиться они не могут!..»

«Видные члены Народного союза Тармо Мянд, Айвар Сыэрд и Кайа Сепп объявили о решении сменить партию — трое политиков уходят в Партию реформ… Сыэрд ранее был министром финансов и главой налогового департамента, Мянд ранее возглавлял канцелярию президента Рюйтеля…»

Мянд, Сыэрд и Сепп переходят в стан реформистов

.

«Мы стоим всё там же, на передовой, но уже по другую ее сторону. Вчера — размахивая моим нижним бельем, единственным, что сохранило относительно белый цвет, — мы перешли линию фронта; сейчас наши желудки набиты фасолью с мясом, и все мы ходим сытые и довольные. Даже на ужин каждому досталось по полному котелку; сверх того мы получаем двойную порцию хлеба и колбасы, — словом, живем неплохо.

Такого с нами давненько уже не случалось: Ансип, наш новый кормилец, сам предлагает нам поесть еще; он машет черпаком, зазывая перебежчиков, и отваливает им здоровенные порции. Сыэрд и Мянд раздобыли откуда-то несколько тазов и наполнили их до краев — про запас. Сыэрд сделал это из обжорства, Мянд — из осторожности. Куда девается все, что съедает Сыэрд, — для всех нас загадка. Он все равно остается тощим, как селедка.

А ведь, собственно говоря, всё это нам вовсе не положено. На такую щедрость начальство не способно. Нам просто повезло.

Три года назад некоторых из нас отправили на передовую, в парламент, сменять другую часть. Это была тоже фракция Народного Союза, но немного в другом составе. Остальные тоже попали на фронт, хоть и в другом качестве.

На нашем участке было довольно спокойно, но голодно. Страдали все. Поэтому каждый раз, когда в расположении фракции появлялась полевая кухня, мы уже за час до начала кормежки собирались с котелками у полевой кухни, от которой пахло чем-то наваристым и вкусным.

«11 лет быть одному… Это все-таки куда тяжелее, чем вовремя умереть», — так прокомментировал министр финансов Эстонии Юрген Лиги сообщение о том, что женщины в стране живут на 11 лет дольше мужчин…»

Министр финансов советует вовремя умереть

.

«Дешевые бензин и электричество — ничего не стоящее дерьмо, заявил Ю.Лиги, отвечая на вопрос, почему цены на энергоносители в Эстонии выше, чем в Евросоюзе…»

«Дешевые бензин и электричество — дерьмо»

.

Автор устало пялился в экран, на котором никак не складывался сюжет. Уже пятый по счету. И ему, то есть автору, это уже сильно не нравилось. Обычно он, поужинав и пройдясь по новостным порталам, за час-полтора писал очередную историю, а тут, при наличии совершенно очевидного повода — уникальных по наглой тупости высказываний министра финансов — ничего не получалось. Два часа топтания на месте. Собака, немецкая овчарка, уже принесла свой ошейник и легла рядом с креслом, тяжелым вздохом дав понять, что она думает о некоторых, которые явно засиделись у компа.

Из самого темного угла комнаты, откуда-то из книжных полок, вышла фигура. Так, некий воображаемый силуэт. Очень похожий на Юргена Лиги, того самого министра. Виртуальный, разумеется. Он приблизился к столу, глянул в экран монитора, издевательски хихикнул:
— Что, не получается?

— Замучался уже, — пожаловался автор. — Никакой фантазии не хватает. Когда прототип персонажа глаголет в реале такие запредельные глупости, то как с ним дальше работать?

— Ну, ты хоть пытался? — поинтересовался виртуальный Лиги.

«Министр обороны Яак Аавиксоо подозревается в том, что его министерство приобрело в Таллинне недвижимость по цене вдвое выше рыночной. Это крупнейший скандал после истории с Крестом Свободы. По информации депутата Рийгикогу Калле Лаанета, Министерство обороны приобрело недвижимость по адресу Рявала, 14 за 74,2 миллиона крон, в то время как независимые эксперты оценивают этот объект не более чем в 30 миллионов. Центристская фракция Рийгикогу направила министру Аавиксоо запрос…»

Минобороны подозревают в махинациях

.

Министр обороны Аавиксоо стоял перед зеркалом, терпеливо ожидая, когда же отражение повернется к нему лицом. Надо было проработать выступление перед парламентом, поэтому даже мельчайшие детали, в том числе мимику, следовало отрепетировать.

Но зеркало по-прежнему отражало затылок министра. «Надо мне как-то сбавить скорость движений, что ли… — озабоченно размышлял Аавиксоо. — Вон, даже зеркало не успевает реагировать… Тормозит…»

Министр махнул рукой. «Ладно!» Бог с ними, с гримасами. Сначала текст. Он отвернулся от зеркала, и взял в руку подготовленные референтом тезисы. Откашлялся.

— Коллеги! — начал он. — Да, вполне вероятно, что приобретенная министерством обороны недвижимость стоит несколько меньше, чем мы за нее заплатили. В два с половиной раза, если быть точным. Но согласитесь, наша милая родина в настоящее далека от изобилия. Мы бедны, господа, как церковные мыши! В этом месте министр выворачивает карманы и говорит… Что такое?!

Аавиксоо вчитался в текст: «В этом месте оратор выворачивает карманы и говорит: „И министр Аавиксоо — нищий, господа! Как и его министерство!“ И делает трагическую паузу. Это эксклюзив, попадет во все новости!»

«А-а, — подумал Аавиксоо. — Тут есть слова, которые, кажется, в парламенте читать не надо. Вслух, по крайней мере…» И, выделив маркером режиссерскую ремарку, пошел дальше по шпаргалке.

«Премьер-министр Эстонии Андрус Ансип не является главным врагом для проживающих в стране русских, заявил главный редактор газеты „МК-Эстония“ Павел Иванов… По мнению журналиста, главный враг для них все же Март Лаар…»

Иванов: Ансип — не главный враг русских

.
Тревожно прозвучал гонг. Соперники сошлись в центре ринга. Рядом почтительно вытянулся рефери в белоснежной рубашке. Откуда-то сверху опустился микрофон.

— Я такой страшный, что свинец при моем приближении сам превращается в золото, — свирепо прошипел премьер-министр Андрус Ансип. И оскалился. Потом расслабился. — Ну ладно, не всегда… Но золото в свинец — это уж верняк!

— А я такой кошмарный, что даже швабра седеет, когда я беру ее в руки, — парировал Март Лаар, лидер Союза Отечества и Республики. Что само по себе чудовищно. В плане формулировки. В смысле, когда отечество и республика — разные вещи, и их надо собирать в союз, чтобы они стали чем-то цельным.

Лаар гордо вскинул голову. Его очки просияли фанатичным блеском в свете софитов.

— Ха! Я такой ужасный, что газопроводы изгибаются и отползают в сторону от тех мест, где я охочусь. От моего ареала обитания, в смысле, — прорычал Ансип. — Крысы сбегают со всех пришвартованных кораблей, стоит мне всего лишь приблизиться к порту. А уж если я внезапно поднимаюсь на борт теплохода — эти же крысы жрут лошадиными дозами отраву. Выпрашивают у корабельного кока мышьяк — и его поедают. Добровольно!

— Это что! А я такой жуткий, что когда кого-нибудь люблю, то это сразу квалифицируется как изнасилование, — похвастался Лаар. — И еще: я даже на километр не могу приблизиться ни к одному роддому — зародыши в утробах начинают срастаться в сиамских близнецов. Такой я всем внушаю панический страх.

«Эстония намерена принять участие в борьбе с сомалийскими пиратами, сообщил министр обороны Яак Аавиксоо…»

Эстония повоюет с сомалийскими пиратами

.

Томящиеся в приемной министра обороны посетители сначала услышали тяжелые шаги Дарта Вейдера, затем его натужное дыхание. Через пару секунд в коридоре всполошился часовой. «Стой! Кто идет? Пароль!» — послышался его испуганный голос. «Fuck you!» — предельно лаконично ответил Тёмный Лорд. «Свой! Проходи!» — разрешил с облегчением часовой.

Предводитель армии Галактической Империи остановился на пороге, тяжелым взглядом сквозь прорези в маске оглядел приемную. Никто на это не отреагировал, все продолжали заниматься своим делом. «Ну, нет так нет… — вздохнул Дарт Вейдер, и присел на свободный стул рядом с каким-то орком, от которого густо тянуло гниющим мясом. — Да-а, это тебе не „Звездные войны“…» — вздохнул Дарт.

— Давно ждете? — тихонько спросил он у соседа. Орк, зыркнув пронзительно желтым глазом на спокойно печатавшую секретаршу, повел приплюснутым носом, и раскрыл пасть, усаженную редкими и кривыми, но острыми зубами, невнятно что-то прошипел. Металлические кольца на его лбу и переносице зашевелились. — Ясно, — сказал Темный Лорд, и похлопал орка по плечу:
— Вернешься к себе в Мордор — Саурону привет передавай!

Дарт Вейдер пригляделся к остальным посетителям министра обороны Эстонии. Прямо перед ним, у противоположной стены, сидел, пыхтя дорогой сигарой, холеный латинос. Его часы сверкали десятками бриллиантов всякий раз, когда он переворачивал очередную страницу «Космополитена». «Явно колумбийский наркобарон…» — подумал Вейдер. «Это еще доказать надо…» — подумал в ответ латинос. Он встал, подошел к окну, и сокрушенно помотал головой, глядя на засыхающие в горшках фикусы.