Недавно парламент Эстонии обсуждал повышение возраста, с которого подросткам был бы разрешен секс со взрослыми. Напомню, что в настоящее время половая связь с ребенком (я настаиваю на этом слове — ребенок), достигшим 14 лет, не является противозаконной. Объяснить это невозможно, но возрастной ценз остался прежним — 14 лет. Так, по меньшей мере, проинформировали общественность СМИ.
Теперь конституционная комиссия Рийгикогу обещает осенью обсудить возможность снижения избирательного ценза. Что-то в этом чудится похожее: взрослые дяди и тети хотят иметь возможность иметь подростков по полной, как в прямом, так и в переносном смысле.
Хотя с другой стороны — куды, как говорится, крестьянину податься? Выборы не за горами, и нужны информационные поводы. Необходимы темы, с которыми парламентарию можно выходить на страницы газет, в теле- и радиоэфир, цеплять читателей-зрителей-слушателей, запоминаясь им. Попробую побыть Нострадамусом и предсказать, что мы еще в связи с этим услышим в ближайшее время.
Новость о намерении Минобороны Эстонии приобрести 50 танков вызывает у меня, как и у каждого патриотически настроенного гражданина, не только чувство гордости за крепнущую обороноспособность страны, но и некоторые опасения, связанные в первую очередь с тем, что процессом покупки будет руководить то же лицо, которое не сумело за 100 миллионов крон обеспечить постройку бетонного столба с венчающим его крестом Свободы.
«От Монумента свободы, который установлен на площади Вабадузе в центре Таллинна, отвалилась одна из стеклянных плит и повредила мраморную плиту у основания монумента… Это не первый инцидент с открытым в июне прошлого года памятником Освободительной войне. Ранее стеклянные панели изменили свой цвет на розовый, покрывались плесенью, а освещение стяклянного креста так и не заработало…» 
Когда Ансип был маленький, он как-то раз вышел во двор. Поиграть с детьми близкого возраста, культурных ориентиров и социального положения. И застал их за жеванием бабл, как тогда говорили, гама.
Когда Ансип был еще маленький, он как-то раз вышел во двор с пирожным. Это была такая трубочка с кремом, очень вкусная. Обычно он такие вещи сначала дома съедал, а потом уж шел гулять, но в тот день почему-то оказался на улице с пирожным.
Однажды, когда Ансип был еще совсем маленький, он прочитал одну книжку.
В новостном сюжете «Ильвес: эстонская европесня слишком хороша» СМИ рассказали о том, что президент Тоомас Хендрик Ильвес, находясь с официальным визитом на острове Прангли (волость Виймси, площадь — 6,44 кв. км.), посетил местную школу. Ее ученики задали главе государства множество вопросов и, среди прочего, поинтересовались, как президент оценивает шансы эстонской песни на конкурсе «Евровидение».
Когда Ансип был маленький, он некоторое время очень любил всех детей. Обожал просто. Все на это удивлялись даже. «Какое, — качали умиленно головами, — поразительное дитя! Ведь никто же этих чертовых ребенков не любит, а он — вы только гляньте!.. Это ж просто нонсенс какой-то…»
Когда Ансип был еще совсем маленький, то уже тогда он был чрезвычайно наблюдательный мальчик. Шустрый такой он был октябренок, и весьма сообразительный. Себе на уме.
Однажды, когда Ансип был еще совсем маленький, у него был ежик. Почти дрессированный. Жил себе под крыльцом на хуторе у дедушки. Ансип его очень любил. Не дедушку, а ежика.