Метка: книга

Иллюстрации Takinada к повести «Данька и Банановый Дракон». В этом и следующих восьми постах – рисунки ко второй части.

«За стеклом, на жестяном карнизе, пристроился большой толстый голубь.
Заметив мальчика, птица слегка повернула голову и уставилась на него круглым подозрительным глазом. С её толстой шеи скатилась струйка воды.
«Так! – вспомнил мальчик. – Где мой банан? Он же здесь был, на подоконнике…»
Банана не было. Не мог же он сам уйти? Кто-то его увёл. Тогда кто? Придётся провести расследование.
Так. Волчонок – свой в доску. Ему можно доверить хоть банан, хоть яблоко – не тронет.
Кто есть ещё? И Данька посмотрел на голубя. Тоже с подозрением.»

Иллюстрации Takinada к повести «Данька и Банановый Дракон».

Глава 8:

«А перед сном к Даньке пришла мама.

— Какую книжку будем читать сегодня? – спросила она, включив настольную лампу рядом с Данькиной кроватью. — Про королевича Елисея?

И зашептала Даньке в ухо:

— «Свет мой, зеркальце! Скажи, да всю правду доложи: я ль на свете всех милее, всех румяней и белее?»

Даньку накрыло волной красно-золотистых волос. Уху стало щекотно и Данька захихикал.

— Или про золотую рыбку? «Не хочу быть чёрной крестьянкой, хочу быть столбовой дворянкой…»

Иллюстрации Takinada к повести «Данька и Банановый Дракон».

Глава 8:

«Он колотил палочками по барабану даже тогда, когда папа мыл его в ванне. Папа при этом грустно думал о том, как несправедливо устроена жизнь: барабан дарит внуку дед, а слушать игру сына должен папа. И это в то время, когда по телеку показывают игру его любимой команды. Как там Месси, справится ли без папиной поддержки?

Поэтому папа почти не слышал Даньку, который объяснял ему, что хотя школа совсем рядом, в соседнем квартале, но на пути домой несколько прекрасных луж, обходить которые стороной станет только трус.

Кстати: трус, по мнению Даньки, это парень, который, обнаружив крадущегося за ним следом деда, даже не пытается исследовать попадающиеся ему по пути лужи. Измерить их глубину в мальчиках. То есть проверить, дойдёт вода на середине очередного водоёма до колена или нет? А если прыгнуть? Или если ещё раз прыгнуть и упасть?

А Данька не трус. Это вам в его дворе каждый скажет. Да и дедушка это охотно подтвердит: он-то своими глазами видел, как отважно мальчик преодолевал встречающиеся на пути водные препятствия. Это со слухом у деда, как выяснилось в зоопарке, проблема, а зрение-то у него в полном порядке.»

Иллюстрации Takinada к повести «Данька и Банановый Дракон».

Глава 8:

«Уф-ф! Вот мы и познакомились с Данькой. Теперь можно плавно перейти к Банановому Дракону, история которого началась в тот самый вечер, когда первоклассник Данька в первый раз вернулся из школы сам.

САМ!

Как какой-нибудь совсем взрослый третьеклассник. САМ оделся в школьном гардеробе! САМ запихал концы шнурков внутрь ботинок! И пошёл. Тоже САМ! И хотя мог пойти куда угодно, но побрёл домой.

Чистый, аккуратный мальчик. Так бы его описала школьная вахтёрша тётя Валя, с которой он вежливо попрощался. Если бы её кто-нибудь об этом попросил.

Но пришёл Данька из школы грязнее грязи. Даже бабушка поразилась. А уж она-то за последние семь лет любимого внука таким видывала, что удивить её казалось невозможным.

Иллюстрации Takinada к повести «Данька и Банановый Дракон».

Глава 7:

«Дедушка, держась за сердце, вернулся к корзинке и некоторое время изучал её содержимое. Бабушка прижала к себе Даньку.

— Что там? – с тревогой в голосе спросила она. Данька удивился.

«Как это что? – подумал он. – Репа твоя. И брокколи. Любой испугается…»

— Вот же нахалюга, — пробормотал дед, сунул руку в корзинку и, ухватив его за шкирку, вытащил и высоко поднял вверх барсучонка, который тряпочкой свисал из его ладони. – Так налопался, что и проснуться не может.

Иллюстрации Takinada к повести «Данька и Банановый Дракон».

Глава 6:

«Затем Данька, проверив, чем заняты бабушка с дедушкой, залез в ящик комода, где мама держала косметику. Нашёл там множество всего интересного, что обязательно надо будет исследовать. Но позже. Пока же, собрав все попавшиеся ему под руку тюбики помады, мальчик отправился в гостиную.

Стены в этой комнате были ровные, прекрасного светло-зелёного цвета. Идеальные для росписи. Гораздо лучше любого альбома. Мама будет очень рада на свой день рождения получить в подарок красивый рисунок на стене.

Данька к тому времени знал, что такие штуки где-то в Ватикане называются фресками. Это в Ласнамяэ нельзя на стенах рисовать, а там почему-то можно. Наверное, в Ласнамяэ стены гораздо ценнее тех, что в Ватикане.

Иллюстрации Takinada к повести «Данька и Банановый Дракон».

Глава 5:

«И в конце концов королю Ричарду удался меткий выстрел! Кончиком вешалки он попал в одного из защитников замка! В любимую мамину вазочку, которая закачалась на самом краю крышки буфета.

Львиное сердце короля Ричарда мгновенно превратилось в заячье.

— А-а, как больно! – закричал враг, судорожно хватаясь слабеющими руками за ограждение башни. – Спасайте меня все! Я падаю!
И не обманул — упал.

— Ой! – прошептал король.

Ричард Львиное Сердце немедленно снова стал Данькой, причём не Данькой-хулиганом, а Данькой – примерным мальчиком. Который, забыв снять с головы кастрюлю, пошёл будить деда.»

Иллюстрации Takinada к повести «Данька и Банановый Дракон».

Глава 5:

«Осаждённые защитники замка ликующими криками выразили свою радость. Что же никто никогда не рассказывает, подумал Данька, что воевать не только весело, но ещё опасно и больно.

Эти там, на башне, корчили рожи, показывали языки и улюлюкали.

— Эй, король! – орали они. – Сдавайся, пока не поздно!

— Русские не сдаются! – процедил сквозь зубы Ричард Львиное Сердце. Но устроил небольшое перемирие.

Иллюстрации Takinada к повести «Данька и Банановый Дракон».

Глава 5:

«Когда дед захрапел, Данька взял из его комнаты подтяжки и привязал их концы к дверным ручкам в коридоре — из комнаты он ушёл, чтобы не тревожить сон любимого дедушки. Потом, оглядевшись, нашёл и метательные снаряды, пластмассовые вешалки-плечики для одежды.

И немедленно объявил войну старинному буфету на другой стороне гостиной!
Буфет стал вражеским замком, вазочки на нём – солдатами противника, а Данька – рыцарем, королём по имени Ричард Львиное Сердце. Кстати, это в рассказе о нём дед так некстати использовал слово «катапульта».

Ричард Львиное Сердце зарядил катапульту, взвёл её – и дал первый залп. И чуть не взвыл от боли: снаряд не полетел в сторону замка, он, наоборот, запутался в тетиве и прилетел обратно, точно в лоб королю.

Иллюстрации Takinada к повести «Данька и Банановый Дракон».

Глава 5:

«Вот, например, однажды дед рассказывал Даньке о крестовых походах и крестоносцах. При этом, совершенно не подумав о последствиях, дедушка произнёс очень красивое слово — «катапульта».

До этого тоже возникло несколько проблем. Деда обмолвился, что в эти свои походы крестоносцы ходили пешком. Как какие-нибудь туристы.

Данька с папой и дядей Сеней в таком походе бывал, у костра сидел, сосиску, насаженную на оструганную веточку, на костре жарил, и пение дяди Сени под гитару слушал. Так что он довольно опытный крестоносец.

Он даже знает, почему нельзя ходить в поход без гитары. Потому что или на ней играет дядя Сеня, и все задумчиво смотрят на языки пламени и мечтают о прекрасном, или бренькает папа – и тогда в панике разбегаются даже окрестные медведи.