Автор: Михаил Стальнухин

Иллюстрации Takinada к повести «Данька и Банановый Дракон».

Глава 34:
«- Так я жду тебя через полчаса, — повернулась она к Даньке, когда открыла замок. И Ждан увидел на её правом плече дракончика. Дра сидел, вцепившись когтями в розовую кофту, и в упор разглядывал Танькин профиль. Заметив, что на него смотрит Данька, дракончик задорно ему подмигнул.
— Смотри, какие у неё глаза. Один похож на изумруд, другой на сапфир.
И Данька вдруг обнаружил, что вместо пёстрых попугайских крылышек на спине Дра – снежно-белые крылья, как у ангела. Ну и ладно, подумал Данька. Не моё это дело, в драконьих капризах разбираться.

Иллюстрации Takinada к повести «Данька и Банановый Дракон».

Глава 33:
«Довольно долго ничего не происходило. Потом что-то тёплое и влажное коснулось его щеки.
— Хватит лизаться, Мальчик, — пробормотал Данька и раскрыл глаза. И тут же понял, что щенок здесь ни при чём. Щенок, измученный одиночеством в тёмном подвале, успел, оказывается, уснуть. Зато совсем рядом стояла Танька, смущённая и покрасневшая. Кажется, догадался Данька, меня только что поцеловала девочка. И тоже покраснел.

Иллюстрации Takinada к повести «Данька и Банановый Дракон».

Глава 32:
«Из темноты на краю поляны раздался тихий свист и из кустов, непонятно по чему постукивая железными колёсами, выехал очень необычного вида механизм. С трубой, крыльями, парусами и танковой пушкой. И даже в темноте можно было понять, что он какого-то экзотического цвета.
— Какой странный агрегат, — пробормотал Дра. – И как только его пускают ночью одного в лес.
Данька покраснел. Хорошо, что в темноте этого никто не увидел. Запинаясь, он начал объяснять:
— Он сам хотел, чтобы я ему нарисовал…
— У него обязательно должен быть прожектор. Тут же темно. А нету даже фар!
— А-а, — с облегчением понял мальчик. То есть к парусам и крыльям у дракона претензий нет.
— Эй! – позвал паровозик. – Вы в Таллинн?
— Да…
— Поехали вместе, — предложил он.

Иллюстрации Takinada к повести «Данька и Банановый Дракон».

Глава 31:
«Кащей Бессмертный на своей стороне поля отбросил стаканчик, затем воздел вверх костлявые руки, повернул к небу лицо и издал оглушительный вопль, больше всего похожий на козлиное меканье. Звук был такой силы, что у Даньки заложило уши.
Да что уши! Со всех окрестных дубов попадали на землю оглушённые этим воплем русалки. В запруде у водяного, наоборот, всплыли брюхом вверх бедные карасики. За спиной Даньки жалобно мяукнул Кот: у него, всё ещё держащего над Василисой зонтик, треснули стёкла очков. Тех самых, квадратных, с голубыми стёклами.
За спиной Кащея хихикнул Змей Горыныч – и стал по-очереди вытаскивать из всех своих шести ушей затычки.

Иллюстрации Takinada к повести «Данька и Банановый Дракон».

Глава 30:
«Потом он по хлипкому мостику перешёл узенькую лесную речку. И на него уставились, из-под моста выплыв, совсем молоденькие русалки.
Данька вдруг вспомнил, что на нём носки разного цвета. И подумал, что надо более тщательно относиться к своему гардеробу. Он насупился и покраснел, когда русалочки принялись вслед ему хихикать. Прямо как в школе.
«Девчонки! — подумал он. – Что с них взять?»
За мостиком свернули и прошли мимо полуразрушенной мельницы. Её плотина была снесена до середины, огромное колесо покрыто засохшей тиной, а почти вся черепица на крыше побита градом.
Подле мельницы, в покрытой ряской заводи, вылез по пояс из воды голый толстый старик. Его окружало множество лягушек, рассевшихся на листах кувшинок. Вокруг, в воде, поблескивая серебристыми боками, сновали карасики.
Старик был пучеглазый, зеленокожий, с длинными редкими усами. Про него Данька ничего и спрашивать не стал. И так понятно, что это водяной.

Иллюстрации Takinada к повести «Данька и Банановый Дракон».

Глава 29:
«- Так! А это что? – стал ещё строже строгий голос.
Данька чуть отодвинул крыло Жар-птицы и увидел на столе посреди оранжереи вконец оробевшего дракончика, а перед ним – боярыню в расшитом золотой нитью и жемчугом парчовом платье, с ярким платком на плечах.
Дра, показалось Даньке, был испуган даже больше, чем полчаса назад, когда они готовились к полёту по трубе. Он пытался спрятаться за горшком с фикусом, но тот был слишком маленький.
Дракончик, похоже, с перепугу забыл, что умеет уменьшаться хоть до муравьиного размера.
— Здрасьте, Василиса Иванна!.. – прошептал Дра.
— Двойку пришёл исправлять? – поглядев на дракончика, спросила боярыня. – Почему заранее не договорился?
Вдруг Василиса Иванна что-то вспомнила:
— Так ты же Новый Дра? – Дракон кивнул и судорожно сглотнул слюну. — И учился у меня очень давно. Лет триста тому… И все школьные годы просидел в первом классе.

Иллюстрации Takinada к повести «Данька и Банановый Дракон».

Глава 28:
«- Разговорчики в строю!.. – рявкнул старик. Сделал паузу, и совсем другим голосом объявил:
— В сложной игровой обстановке мальчик Данька проявил мужество и сообразительность – и спас товарища. За это он награждается государственной наградой — …
— Наконец-то! – тихонько обрабовался Дра. – Только давай так: как только монетки пересчитаем – сразу домой, в Таллинн. Интересно, сколько он нам отсыпет?
Черномор тем временем продолжил:
— …Медалью!
Данька вытянул руки по швам, вытянулся в струнку.
— Вот она, — сказал старик и аккуратно прицепил к данькиной пижаме, уже почти сухой, блестящий кругляшок на голубой с белыми полосками ленточке. Приколол её рядом с чайкой, парящей над парусником. – За спасение утопающего банана. Третьей степени.

Иллюстрации Takinada к повести «Данька и Банановый Дракон».

Глава 27:
«Русалки захихикали, и Данька вспомнил, зачем он здесь. Мальчик подошёл к одной из труб и осторожно в неё заглянул. Оттуда послышалось журчание воды. Оттуда, из чёрной бездонной глубины…
Плечу стало больно, Данька поморщился. Это дракончик вцепился в пижаму своими коготками, прихватив данькину кожу. Свои глазки он зажмурил, да ещё и прикрыл их крылышками. Данька прислушался:
— Это неправда, — бормотал Дра, — меня здесь нет. Мне всё это снится. Я не мог оказаться на такой высоте. Сейчас открою глаза и…
Он открыл глаза и, сразу снова зажмурившись, закричал:
— А-а-а!
Даньке и самому показалось, что как-то здесь высоковато. И он вспомнил папин рассказ про его первый прыжок с парашютом. Из самолёта, если что. С высоты в целых восемьсот метров. Так-то у него семнадцать прыжков, но тот первый был очень особенный.