Перейти к содержанию

Метка: ссср

M. Raud: „Õigus emakeelsele koolile“

Facebook | Telegram
Riigikogu video

Armas sõber, 19. jaanuaril esinesin ma Riigikogus kõnega, mille tekst pärineb ajalehest STOCKHOLMS-TIDNINGEN EESTLASTELE. Avaldatud 12.04.1950. a., alla kirjutatud “M. Raud”. Kogu artiklit parlamendi ees ette lugeda kaheksa minutiga ei jõuaks, aga umbes pool teksti kandsin ette. Peale seda sain paar kirja palvega avaldada kogu tekst. Ja siin see nüüd on:

Õigus emakeelsele koolile

I

Stockholmi Eesti Algkooli viie aastase kestvuse tähistamine äratab meis mõtteid, mis kannavad meid tagasi kaugele minevikku möödunud aegade püüete ja võitluste juurde. Tõuseb küsimus, kas sel võitlusel on olnud ja kas tal nüüdki veel on mõtet.

Põhimõttelikult ei ole emakeelne kool juba ammu enam mingisugune pedagoogiline probleem. Pärast surematu Schveitsi pedagoogi Heinrich Pestalozi elutööd ei leidu kultuurilises maalimas küll ühtki nimekat pedagoogi, kes julgeks vaielda selle lihtsa tõe vastu, et lapse õppimine peab toimuma tema emakeeles. Ja me ei leia maailmas ka ühtki rahvast, kes vabal tahtel paneks oma lapsed algkoolis õppima võõrkeeles. See on nüüd vaid poliitiline probleem. Võõrkeelt sunnitakse vähemusrahvastele peale poliitilistel motiividel. Võõrkeelne kool käib ikka käsikäes ümberrahvustamise püüetega. Sellega on emakeelse kooli küsimus ühtlasi ka vähemusrahvaste õiguste küsimus.

Антилогика навсегда?

Facebook | Telegram
Сайт с программой

Если мне доведется писать экономический блок Программы некой новой партии, то… Нет, начну, пожалуй, с иного.

Чем старше становлюсь, тем чаще вспоминаю своего деда. Его поколению и ему, обычному сапожнику, от жизни здорово досталось: посадка по одному доносу, лагерь на Урале, потом, прямо из лагеря, на войну; посадка по другому доносу, лагерь – и снова война, уже на другом конце континента; снова посадка, лагерь где-то под Магаданом, поселения. В Эстонию он вернулся в начале 60-х, когда я делал свои первые шаги. Говорил дед редко, но внушительно.

«Не трогай то, что работает. — Это когда он застал меня за разборкой новенького будильника. — Часовщиком ты так не станешь, а без полезного механизма семью уже оставил».

Это довольно странно, но у поколения, хлебнувшего и войны, и беспредела, с логикой было все в порядке. И то, что логично – это и было правильно. Привозят студентов на картошку в обычную эстонскую деревню – и ты знаешь, что там будут и школа, и магазин, и клуб, и медпункт, и рейсовый регулярный автобус в ближайший город. Вот только церковь стоит заколоченная, зато местные смотри как лихо строятся. И это воспринимается спокойно, потому что именно в этом логика и это правильно: да, всё это стоит немалых денег, но смысл именно в том, что деньги должны служить людям, а не наоборот.

Но вот оказываешься в той же деревне тридцать лет спустя, и не находишь ни школы, ни всего прочего. Одни руины. Потому что школу закрыли как экономически нецелесообразную, потом уехали почти все семьи с детьми; содержать магазин, клуб и медпункт тоже желающих не нашлось. Только церковь, еще больше обветшавшая, сохранила стабильность – так и стоит, теми же досками заколоченная. Потому что теперь люди служат средством добывания денег.

Выходной дайджест №5: о примитивных мыслях

Facebook | Telegram

В конце нулевых я написал серию статей, которую, по названию одной из них, можно назвать именно так – примитивные мысли. Для примера – небольшой отрывок:

«Как там у Петра Алексеича сказано? «Подчиненный перед лицом начальствующим должен вид иметь лихой и придурковатый, дабы разумением своим не смущать начальство». Но я, бог даст, никогда не стану лихим придурком, верящим, что страна движется в пятерку богатейших стран ЕС; что памятники можно таскать с места на место и это нормально; что Эстонии не нужен российский транзит; что никакого кризиса нет.

Про свободу совести и говорить нечего, так с ней все замечательно обстоит. Каждый сам совершенно свободно решает, во что ему верить. Только, извините, если решение ваше будет неверным, то назовут вас подверженным чуждой пропаганде зомби.

Сделают, разумеется, всё, чтобы этого не произошло. Неправильные телеканалы уже отключили в тюрьмах и казармах, надо полагать, скоро что-нибудь придумают и для не огражденных колючей проволокой территорий. Памятники эсэсовцам плодятся как поганки и те, кому, грехи замаливая, стоило бы на закате жизни хоть раз на коленях проползти от бывшего концлагеря в Клоога до нарвских казематов, напяливают уделанные кровью мундиры и благосклонно слушают славословия в свой адрес министров обороны и депутатов парламента. Хотя тут и средневековый схоласт повесился бы, кабы пришлось ему доказывать, что в оккупированной стране, состоя в оккупационной армии и выполняя в точности команды ее генералов можно бороться за свободу этой самой страны…»

Еще несколько статей:

Смердяковщина в нашей жизни

Facebook | Telegram

Эта статья – о сносе памятников. Но если вам интересна эта тема, то наберитесь терпения, сначала будет о другом. О дедовщине.

С дедовщиной я познакомился в 1982 году. Не могу утверждать, что это явление было повсеместным, да оно наверняка таким и не было, но в в/ч 56178, куда я попал, она была явлением обыденным. И настолько привычным, что казалась чем-то, прописанным в воинских уставах. Хотя по сути своей была она сущим свинством.

Воины делились на пять каст. Младшие, со сроком службы до шести месяцев, именовались «духи» или «молодые» и никаких прав не имели. Далее шли «караси», это от шести месяцев до года службы; их отличия от «духов» были скорее на декларативном уровне: если «духов» было недостаточно (большая их часть первые полгода проводила в учебках), то «карасям» приходилось отдуваться и за них.

Переход к привилегиям происходил в начале второго года службы. Военнослужащий становился «черпаком», и хотя ему не дозволялись еще дедовские вольности, но и к рабскому труду его уже не привлекали. Затем – вершина творения, «деды». В значительной своей части это были нормальные парни, просто «уставшие» от службы. Но всегда рядом с ними оказывались садисты и дебилы. Во что это выливалось, рассказывать не буду, но поверьте – психически нормальному человеку такое и в голову не придет.

В Советской Армии очень ждали Приказа. Именно так, с большой буквы: приказа о демобилизации. Уже за 100 дней «деды» начинали обратный отсчет: ведь после Приказа они превращались в «дембелей» и ждали только приказа на увольнение от начальства своей воинской части.

Пережив метаморфозу из «деда» в «дембеля», военнослужащий, только что блиставший садизмом, становился всё более похож на человека. И не в том дело, что он готовился к гражданской жизни, где нельзя подойти к малознакомому типу и пробить ему в грудину (то есть, конечно, возможно и такое, но значительно выше вероятность так получить в ответ по хоботу, что мало не покажется). А в том дело, что дембелей отпускали домой не разом, то есть всех вместе, а небольшими группами. И их очень пугала возможность остаться в неощутимом меньшинстве лицом к лицу с теми, кого они за несколько месяцев до того нещадно чморили.

И над всем этим парили офицеры. Которые могли бы прекратить дедовщину за неделю-другую, но их устраивало, что «деды» гоняют первогодок: «духи» очень быстро понимали, что единственное спасение от угнетения – освоить свою воинскую специальность и сесть на боевое дежурство.

Возрождение НКВД?

Facebook

Одна газета выдала статью, в которой несколько раз упоминаюсь и я, грешный (https://rus.postimees.ee/7683943/zakon-vs-etika-stalnuhinu-i-v-riygikogu-mozhno-a-s-karpinym-v-restoran-nelzya). Название газеты упоминать не буду, поскольку, в соответствии с Этическим кодексом журналиста Эстонии, она должна была попросить комментария обо мне сказанному у меня же, но этого не сделала – и вдруг этакий проступок покажется кому-то неэтичным, а газета пострадает? Ну вот, а теперь, когда все мы похихикали и зарядились хорошим настроением, продолжим.

Так вот, в этой статье некто, которого я тоже не буду называть по имени, на меня и наехал. А он был и верховным комиссаром КАПО, и канцлером МВД, и заведует Институтом внутренней безопасности – в общем, очень заслуженный человек. И на меня обратил внимание! Мне это очень лестно. Вельми понеже, как говорится. Тронут, весьма.

Нет, честно. При том, что никогда за последние 30 лет никто даже не смотрел в сторону независимых кандидатов – он глянул, Стальнухина разглядел, чело наморщил и мыслями поделился. Это внушает.

Перечитывая Зиновьева

Facebook

Есть писатели, в книги которых влюбляешься сразу и оптом. Прочитав одну книгу, начинаешь искать остальные – и, освоив всё, ими написанное, как правило, не разочаровываешься. Так у меня было с Виктором Конецким и Олегом Куваевым, с Ремарком и Воннегутом, с Шукшиным и Пелевиным, со Станиславом Лемом и Джеральдом Дарреллом. У каждого есть аналогичный список.

Бывает наоборот. И книга в тренде, и автор блистает в телешоу – а книга не идет. Продираешься сквозь текст, утирая пот рукавом, и зарекаешься когда-либо брать в руки что-либо еще, написанное этим, несомненно, уважаемым человеком. Это сугубо индивидуально, поэтому в этом абзаце обойдемся без имен.

Но иногда – крайне редко! – вдруг открываешь писателя, книги которого попеременно вызывают восторг и разочарование. Еще реже встречаются книги, которые тем больше нравятся, чем старше становишься (чаще происходит наоборот). Именно такие книги писал Александр Зиновьев.

Salo kange

Facebook

Дорогой друг, все болезни, как известно, от нервов. И мне категорически не хотелось бы тебя огорчать, тем самым ухудшая качество твоей жизни. Тех, кто этим занимается, и без меня уже более чем достаточно. Поэтому просьба: просто не читай этот пост, если в былые времена не смог из-за вполне естественного омерзения досмотреть фильм классика итальянского кинематографа Пьера Паоло Пазолини «Сало, или 120 дней Содома». То есть если знаешь, что, собственно, с таким явным удовольствием кушает размещенный на заставке отъявленный фашист, персонаж этой ленты.

Если же решишься прочитать, то прошу учитывать следующее. Полная стенограмма обсуждения в Рийгикогу законопроекта 746 SE (о переносе строений) занимает 32 страницы, из которых я перевел 4. Выбрал из речи министра юстиции отрывки текста, поясняющие суть предлагаемых ею изменений, а из вопросов и выступлений коллег – самые яркие, даже меня поразившие мыслеизъявления. Желающим изучить первоисточник целиком – добро пожаловать сюда https://stenogrammid.riigikogu.ee/et/202212141400#PKP-542493. Во-вторых: массовое помешательство характерно для любого парламента за пару месяцев до выборов, и Рийгикогу — не исключение. И последнее: перевод дословный, чтобы, не дай бог, ни у кого не появилось претензий.

Поехали:

Justiitsminister Lea Danilson-Järg

Надобность этого законопроекта исходит прежде всего из того, что в Эстонии по-прежнему есть множество строений оккупационного времени, прежде всего публично экспонируемых монументов, скульптур, памятников, которые ранят чувство справедливости общества, но могут представлять опасность и для безопасности Эстонии, и поэтому не годятся для публичного пространства. Особенно после того, как в Украине, по сути дела, теми же самыми, тем же режимом, продолжающимся режимом, так сказать, идет война.

(Понимаю, что последнее предложение может удивить совершенством формулировки. Поэтому приведу здесь сказанное министром в оригинале: «Eriti peale seda, kui Ukrainas on põhimõtteliselt nendesamade, sama režiimi, jätkuva režiimi nii-öelda sõda käimas.» В общем, не стреляйте в переводчика, он добросовестно дает дословный перевод.)

Выходной дайджест №1: о прошлом и будущем Эстонии

Facebook | Telegram

В 2008 году я написал:

«В случае необходимости правительство использует свой опыт «бронзовой ночи» для отвлечения внимания населения от реальных проблем. Сценариев тут много. Когда экономические показатели укажут на стабильно негативный рост экономики и реальностью станет депрессия, в каком-нибудь самоуправлении Ида-Вирумаа легко могут быть спровоцированы «стихийные» выступления населения. Снимут, например, с постамента танк Т-34 под Нарвой. … В результате забудутся все остальные проблемы, Ансип получит имидж спасителя и мандат на любые действия.»

И в чем я ошибся, кроме фамилии премьер-министра? Предлагаю вашему вниманию три статьи, написанных довольно давно (и отсутствующих в Facebook), но представляющих некоторый интерес и сегодня.

Ниже содержательные отрывки из статей, а для тех, кто сразу хочет погрузиться в полные версии статей:

Стыдно…

Facebook

В конце 80-х и начале 90-х никакой политикой я не занимался – времени не было. Я вел курсы эстонского, и большинство тех, с кем довелось работать, становились моими друзьями. В перерывах мы болтали о происходящем вокруг, и я не раз говорил: «Бояться нечего. Эстонцы никогда не станут никого ущемлять по национальному признаку…»

Извиняет меня только то, что я был искренен и сам в это верил. А кто бы не поверил, читая такое:

Про кино

В поисках здравого смысла
1. часть | 2. часть | 3. часть | 4. часть | 5. часть
6. часть | 7. часть | 8. часть | 9. часть | 10. часть
Facebook

Иногда, непонятно почему, появляется желание пересмотреть один из любимых фильмов. Что-нибудь из раннего Михалкова — «Свой среди чужих, чужой среди своих» или «Родню». Или «Начало» Глеба Панфилова. В августе этого года, например, рука будто сама по себе набрала в поисковике «Восхождение» Ларисы Шепитько.

А вчера я пересмотрел шедевр Литовской киностудии 1965 года, «Никто не хотел умирать» (автор сценария и режиссер – Витаутас Жалакявичус, оператор – Йонас Грицюс, в ролях – Банионис, Норейка, Адомайтис, Вия Артмане, Адомайтис, Бруно Оя, Масюлис и другие звездные актеры). Потрясающая драма, снять которую на высочайшем уровне достоверности только и можно тогда, когда вокруг съемочной группы стоят и за ней наблюдают местные жители, сами за 10-20 лет до того втянутые вот в такие, как в фильме, коллизии.

За день до этого я наводил порядок на книжных полках и наткнулся на книгу одного своего очень давнего знакомого по имени Тармо, которую купил довольно давно, но как-то все откладывал чтение. Должен сразу оговорить вот что: на самом деле Тармо – вовсе не Тармо, его зовут иначе. Называть его настоящее имя я не намерен; почему – это станет ясно чуть ниже. Да и то, что имя не подлинное, никак не меняет того обстоятельства, что этот человек вполне реально существует. Более того, однажды, более чем двадцать лет тому, мы с ним оказались за одним столом и, как в относительно молодые годы водится, хорошо приняли на грудь. Тогда-то Тармо, в числе прочего, и рассказал мне про своего отца.