Метка: книга

Выбрать часть: (01) | (02) | (03) | (04) | (05) | (06) | (07) | (08) | (09)
(10) | (11) | (12) | (13) | (14) | (15) | (16) | (17) | (18)
(19) | (20) | (21) | (22) | (23) | (24) | (25) | (26) | (27)

Стр. 30. Адроникиз Салоник утверждает…

Адроника из Салоник помнят по сию пору, даже дети знают, чем он славен. Но на всякий случай следует вкратце рассказать и о нём, вдруг кто не в курсе.

Это был обувных дел мастер, потомок в седьмом колене переселенцев из Армении, первый греческий орнитолог и планерист. Очень разносторонний был человек.

Во время, когда империя отбивалась от варваров, Адроник поставил на поток производство армейской обуви, нагло копируя лучшие италийские образцы, на чем безмерно обогатился. Причем вполне заслуженно: он первым начал использовать сосновый вар для пропитки дратвы, попарно сплетенных льняных ниток, благодаря чему солдатские сандалии приобретали просто исключительную прочность.

Имея затем в изобилии время на то, что в наш просвещенный век именуют исследователькой деятельностью, Адроник принялся с усердием изучать строение птичьего скелета. Он ничего не мог поделать с этой страстью: всю жизнь ему снилось, как он, словно птица, парит в небе. Истолкование у него этим грезам было одно — когда-нибудь и ему суждено встать на крыло. И к этому следовало как следует подготовиться.

Окрестные жители считали его безобидным чудаком и постепенно привыкли к стайкам куриц с ампутированными еще в нежном цыплячьем возрасте крыльями, регулярно удирающим с его двора.

Но вот котята с похожими на плавники конструкциями, прицепленными к их спинам и хвостам – эти чудные трансформеры доводили соседей порой до истерики. Эти мурлыки то и дело сыпались с крыши его дома в ближние атриумы. Сперва слышался щелчок, затем резкий хлопок – и вот к вам во двор шлепается очередной котенок: Адроник использовал для запуска котят небольшую катапульту. Иногда, при попутном ветре, они улетали даже за крепостную стену, в Нижний город. Хорошо, что коты сигнализировали о своем приближении жалобным мяуканьем, а то бы совсем беда.

Многие из тех, кто стремился в небо, вверх, начинали с падения вниз. Хотя наиболее умные из них вначале проверяют свои идеи хотя бы на котятах.

Адроник был самоучкой и чисто интуитивно осознав существование подъемной силы, не смог дать ей хоть сколько-нибудь наукообразного объяснения. Поэтому, будучи одним из самых просвещенных христиан своего времени, приписал всему живому ascensum in deum, силу притяжения к Богу, благодаря которой и становится возможен полет. Птицы небесные сотворены Господом и только его волей, мол, взмывают они в воздух. Заодно Адроник объявил божественной и природу восходящих потоков воздуха.

Выбрать часть: (01) | (02) | (03) | (04) | (05) | (06) | (07) | (08) | (09)
(10) | (11) | (12) | (13) | (14) | (15) | (16) | (17) | (18)
(19) | (20) | (21) | (22) | (23) | (24) | (25) | (26) | (27)

Стр. 14. Чем ближе к вершине горы, сказано Аристархом из Цезареи, тем страшнее камнепады.

Совершенно иначе вошел в анналы Аристарх из Цезареи, военачальник Юбы Первого, царя Нумидии. Придворными ласково именуемый Юб.

Он был тот еще псих, этот царек.

Завзятый пироман в зрелые годы, Юба еще в детстве переболел энцефалитом, следствием чего стал нервный тик, до икоты пугавший его окружение. А уж когда он, дергая левой половиной лица, брался за факел – за ворота царского дворца каким-то чудом выползали даже параличные!

Этот царь, Юба Первый, по мнению дворцовых лекарей — которые, впрочем, это свое мнение держали при себе — страдал наследственным, от матери доставшимся умопомешательством. Хотя правильнее было бы заключить, что если кто и страдал, то окружавшая его челядь – сам Юба этим своим сумасшествием искренне наслаждался. Таких пар – Юб… его мать — и поныне на верхних этажах власти в избытке.

Аристарх из Цезареи на фоне прочих царедворцев выделялся исключительным здравомыслием, хотя умело это скрывал: Юба, достойный представитель своего сословия, с нескрываемым подозрением относился ко всем, кто был умнее его величества, то есть практически ко всем.

Начинавший простым стражником Аристарх, вдоволь насмотревшись дворцовых нравов, писал отцу, случайным образом близко к тексту источника цитируя Публия Тита Клавдия:

«С одной стороны, невежда не сделает при дворе карьеры, но с другой — напыщенный любомудр неизбежно лишится здесь головы. Дорогу к сияющим вершинам осилит во дворце лишь притворяющийся пустым дуплом умник…»

Выбрать часть: (01) | (02) | (03) | (04) | (05) | (06) | (07) | (08) | (09)
(10) | (11) | (12) | (13) | (14) | (15) | (16) | (17) | (18)
(19) | (20) | (21) | (22) | (23) | (24) | (25) | (26) | (27)

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

НЕСПРАВЕДЛИВО ЗАБЫТЫЕ

Их было много, несправедливо забытых. Гораздо больше, чем могло бы вместить в себя понятие «справедливость».

«Правдивая история преторианской гвардии» Публий Тит Клавдий

От издателей

Данная, третья часть романа изначально в авторской рукописи отсутствовала, что опускало научную значимость текста на уровень чистой фантазии. Не нами сказано, что даже месить известку – дело гораздо более полезное, чем писать такие книги. И при подготовке текста к публикации коллектив редакторов, консультантов и представителей общественности дал решительную отповедь подобной практике. Такой практике книгописания, добавим для пущей ясности, а не разведения извести. Хотя многие высказывали мнение, по которому только польза могла бы быть, кабы автору дали в руки лопату вместо пера.

Причиной тому стала особенность творческого метода автора, ничтоже сумняшеся вводящего в текст романа ссылки как на выдающихся деятелей культуры древности, так и на пребывавших в зоне абсолютного бескультурья современных им государственных мужей: подобным образом в романе использовано около сорока персон.

Недоумение одних и возмущение других немедленно вызывает столь массовая эксплуатация героев, не имеющих, по сути дела, никакого отношения к повествованию. Также смущает то, что мало кому известны их имена в наше время, когда диплом, подтверждающий наличие высшего образования дает довольно точное представление о том, где провел от трех до пяти лет своей жизни обладатель оного, но ничего не может сообщить о качестве и объеме усвоенных им знаний.

Автор категорически отверг предложение исключить из тела романа упомянутые выше сорок персон, просто приписав себе их мудрые и любые другие мысли. Подобная щепетильность достойна уважения. Что вовсе не означает, что она и в самом деле это самое уважение вызывает.

Упомянутые выше сорок персон в итоге остались в тексте, и, таким образом, уже во время первичного редактирования романа проявилась настоятельная необходимость в солидном справочном материале. И постепенно он сформировался, хотя коллектив редакторов, научных консультантов и общественников лишился значительной части душевного здоровья, разыскивая информацию о деятелях, не факт что известных своим соседям по, например, четвертому веку до нашей веры – и уж совершенно неведомых нынешним составителям справочников, сборников афоризмов, повареных книг и прочих наставлений, умудряющих стремящееся к знаниям юношество.

Выбрать часть: (01) | (02) | (03) | (04) | (05) | (06) | (07) | (08) | (09)
(10) | (11) | (12) | (13) | (14) | (15) | (16) | (17) | (18)
(19) | (20) | (21) | (22) | (23) | (24) | (25) | (26) | (27)

Глава 18

А ЩЕНОК-ТО ХОРОШ…

Ожог в форме дельфина, вставшая на ребро монета, храмовые игры, дурманящая настойка, тайные двери, лабиринт с ловушками, крокодил с ножом и три свадьбы с одной и той же невестой – такой выдался у поводыря день. Иному скромного поведения человеку этих похождений хватило бы на две жизни, не менее, Грай же управился от рассвета до заката.

После третьей свадьбы Елеазар отправился на постоялый двор, чтобы еще до захода солнца вывести за городские ворота слепцов. Поводырь подробно описал ему своих подопечных и объяснил, какими словами добиться их послушания.

— Как мне быстро доказать им, что я прислан тобой? – спросил брат Марии.

— Просто передай, чтоб не забыли осла. Я с этим ушастым почти четыре года. Если с ним даже случайно что случится – сдам их на живодерню…

Преобразившийся из епископа обратно в слугу Макарий довел до тех же ворот Грая — тогда-то Грай и подобрал щенка — но, желая избежать пустых разговоров со стражниками, вывел поводыря за стены подвалами.

Поводырь встретил своих подопечных за городской стеной, сердечно попрощался с Елеазаром и Макарием, и отвел слепцов на Гол-Гоффу, где должен был ждать Марию. Его молодая жена задержалась в отчем доме, куда на рассвете должен был прийти ее спаситель, названный брат, выручивший ее под Наиссой. Теперь надо было набраться терпения. Пока же нужно поговорить с незнакомцем, что осчастливил его слепцов: у Грая не было сомнений, что именно ради него этот путник задержался здесь, на вершине этого холма.

Грай заглянул в котомку – что там осталось после того, как поужинали его слепцы? – и перекинул ее через плечо.

Подволакивая ногу, поводырь неспешно брел к страннику, замершему на обращенном к столице Иудеи обрыве, на самом краю площадки, изрытой подготовленными для установки крестов ямами. В некоторые из них уже были вкопаны бревна квадратного сечения, без верхних перекладин, лишь с пропиленными для них поперечными пазами. Иногда мальчик оглядывался и тихонько свистел. Щенок, пошатываясь на неокрепших лапах, плелся за ним следом.

Выбрать часть: (01) | (02) | (03) | (04) | (05) | (06) | (07) | (08) | (09)
(10) | (11) | (12) | (13) | (14) | (15) | (16) | (17) | (18)
(19) | (20) | (21) | (22) | (23) | (24) | (25) | (26) | (27)

Глава 17

ОДНО НЕУДАЧНОЕ ПОКУШЕНИЕ И ТРИ СВАДЬБЫ

В нескольких шагах от Грая стоял крокодил. Даже в сумраке его нельзя было спутать ни с какой другой тварью – это был именно что нильский крокодил.

Застыл каменным изваянием, раскрыв пасть с торчащими из нее многими сотнями, как почудилось поводырю, зубов.

На задних лапах стоял, страхолюдина, закинув свой хвост на сгиб левой передней лапы, из-за чего неуловимо походил на римского всадника в тоге. В правой, распрямленной когтями вперед лапе он непонятно как держал ножище со шматком копченого мяса, наколотого на лезвие, что также уподобляло его патрицию. Вернее сказать, тому, как представляет его себе вечно голодный римский плебей. Даже с трех шагов поводырь почувствовал идущий от этой твари ядреный запах, странную смесь ароматов ветчины и плесневеющей от сырости кожи.

«Себек!» — отчего-то вспомнил Грай египетское божество, человека с головой крокодила. Множество изображений этого бога доводилось ему видеть в Файюмском оазисе. Не раз встречались ему и люди, чья внутренняя сущность была крокодильей. Они подкрадывались к добыче незаметно, хватали и утаскивали ее каждый на свое личное дно, прятали под корягами и терпеливо ждали, когда разложение размягчит пищу. При том, что внешне никто из них особо не отличался от любого другого человека – повадки у них были крокодильи.

Мельком вспомнился почему-то сводный брат отца, Квинт Корвус Лициний. Тот еще гурман-трупоед. Однако такое чудо, пригляделся поводырь, он видел впервые.

Крокодил замер напротив Грая, явно никак не менее его этой встречей изумленный. Он задрал голову вверх и мальчик заметил, что его неподвижный взгляд уперся куда-то в потолок. Он и сам туда посмотрел, но ничего особенного наверху не обнаружив, снова уставился на странного ящера.

И сразу в застывшем напротив чудовище обнаружилось нечто диковинное: впервые Грай видел крокодила, на пузе которого кожа такая чешуйчатая, покрытая костяными пластинами, такая жесткая и ребристая, какая у нормальной твари этой породы только на спине. И нижние лапы просто невероятной длины. Еще поводырь подметил… Но у него не оказалось времени обдумать очередное свое наблюдение.

Выбрать часть: (01) | (02) | (03) | (04) | (05) | (06) | (07) | (08) | (09)
(10) | (11) | (12) | (13) | (14) | (15) | (16) | (17) | (18)
(19) | (20) | (21) | (22) | (23) | (24) | (25) | (26) | (27)

Глава 16

ТРОПОЙ МИНОТАВРА

Это кто там ползет? Ух ты, какая здоровенная уховертка! И что ты тут потеряла? Тоже на храмовые игры притащилась? Знаешь, проиграть бывает порой сложнее, чем выиграть… Только никому об этом не рассказывай.

Тому, кто ищет знамений, не стоит ползать по затхлым подвалам… Если сам ты не верящая в приметы мокрица. Эй, ты вот веришь? Не все суеверия полезны. Да, не все…

А на этих камнях, оказывается, довольно больно сидеть. Надо бы им тут одеяла и подушки завести в их подземном хозяйстве. Так, как некоторые заводят коз… Или вшей… Просто разложить их на саркофаге. Вшивые козлы стали бы прекрасной компанией для Афродиты. Та еще коза. Напридумала ерунды всякой на мою голову…

Мысли в голове Грая устроили странное мельтешение, он никак не мог сосредоточиться на чем-то одном – так его опустошили последние усилия. И голос старика-стражника доходил до него приглушенно, будто сквозь шум ливня.

— Принеси ему вина, — сказал кому-то старик. – Надобно его немного взбодрить. Хотя он неплохо держится для мальчишки, выпившего рассчитанное на взрослого мужчину. Даже слишком хорошо.

Затем в губы ткнулась чаша и Грай поначалу безо всякого желания, но с постепенно растущей охотой выхлебал ее до дна.

Раздался скрип и крышка саркофага дернулась.

— Подумать только, — сказал старик задумчиво, — мы столько всего перепробовали… И ждали седобородого мудреца в тоге, а откровение пришло с этим оборвышем.

— Вы спуститесь в лабиринт, когда откроется вход? – спросил его поводырь.

— Ну что ты! — давясь смехом, ответил один из братьев. — Там слишком опасно для нас.

— С чего это ты взял, что там, внизу, лабиринт? – насторожился старик.

Выбрать часть: (01) | (02) | (03) | (04) | (05) | (06) | (07) | (08) | (09)
(10) | (11) | (12) | (13) | (14) | (15) | (16) | (17) | (18)
(19) | (20) | (21) | (22) | (23) | (24) | (25) | (26) | (27)

Глава 15

ВОЛЯ АФРОДИТЫ

«Если они там, на постоялом дворе, заняты делом, то мне останется только проверить, все ли пожитки уложены, — думал Грай о своих подопечных, слепцах, провожая взглядом очередную ласточку. – Вечно они что-нибудь да забудут… За постой я уже расплатился… Сейчас этот, — перевел он взгляд на плешивого жреца, — кинет жребий, и можно будет уйти…»

И вспомнил:

«Киликиец жаловался на ломоту в костях. Если повезет – будет дождь, сможем довольно много пройти и днем. Тогда уже послезавтра сядем на корабль. И на Родос… Только вот что делать с Нигрумом?»

У поводыря не было ни малейшего желания тащить с собой еще и этого своего спутника, подобранного по пути из Дамаска в Ершалаим. Его, если начистоту, дрожь пробирала, когда он вспоминал обстоятельства их знакомства. Но не оставлять же Нигрума в небольшом городке, где он не найдет себе никакой работы. Едва ли кому в Ершалаиме понадобится его талант киркой пробивать человеческие головы, хозяина ему лучше поискать где-нибудь в другом месте.

— Слушайте все! – пророкотало со ступеней храма. Поводырь встал.

«Ладно, решу по дороге, — подумал он. — Еще есть время. Если захочет, пусть прогуляется с нами до Аскалона. Но не дальше…»

Справа и слева от мальчика смолкли разговоры, люди жадно смотрели на стоящего меж белых колонн верховного жреца, глашатая за его спиной и плешивца, встречавшего их на площади. Тот уже вертел в руках монету, пристально в нее вглядываясь. Видимо, хмыкнул Грай, всё еще пытается понять, как возможна ничья.

— Во славу Афродиты, любовь дарующей, во имя плодородие нам приносящей пеннорожденной богини! – продолжал глашатай. – Начинаем афродитовы игры этого года!

Выбрать часть: (01) | (02) | (03) | (04) | (05) | (06) | (07) | (08) | (09)
(10) | (11) | (12) | (13) | (14) | (15) | (16) | (17) | (18)
(19) | (20) | (21) | (22) | (23) | (24) | (25) | (26) | (27)

Глава 14

ХРАМОВЫЕ ИГРЫ

Небольшой бассейн перед храмом Афродиты был отделан светло-синими изразцами, из-за чего грудки проносившихся над водой ласточек на краткое мгновение вспыхивали голубым. Грай повел опущенной в воду кистью руки, и легкая рябь понесла прочь слабо бьющуюся бурого цвета бабочку с большими черными подобиями глаз на крылышках. Спустя мгновение мелькнула черная молния и мотылек исчез, лишь несколько кругов на поверхности воды еще обозначали место, где он только что из последних сил трепыхался.

Когда-то всемогущий Зевс, вспомнил поводырь, красил небо в белый цвет и, утомившись, прилег отдохнуть. Вот только никак не мог уснуть: ему мешал солнечный свет.

Тогда позвал он Гефеста, искусного кузнеца, и повелел ему сковать еще один небесный свод, из железа, чтобы всегда мог он, Зевс, опустив его над землей, отдохнуть в темноте.

Эта преамбула не вызывала в Грае сомнений: всем иногда хочется закрыть глаза, чтобы никого не видеть. Или еще как-либо сделать окружающих невидимыми. Едва ли в этом смысле боги отличаются от смертных.

Гефест тут же принялся за работу и полетели от его горна стремительные искры, причудливо рассыпаясь затем над горами и долами. И Зевсу так пришлось по душе это зрелище, что подставил он под сноп искр свою руку.

Но осталась на ладони лишь горсть мертвых черных крупиц железной окалины. Тогда вдохнул он в эти крошки жизнь и повелел им отныне никогда не останавливаться. Так, мол, появились любимые птицы богов — ласточки, а грудки у них оттого белые, что взлетели они с ладони Зевса, которую поленился он отмыть от извести после беления небосвода.

Выбрать часть: (01) | (02) | (03) | (04) | (05) | (06) | (07) | (08) | (09)
(10) | (11) | (12) | (13) | (14) | (15) | (16) | (17) | (18)
(19) | (20) | (21) | (22) | (23) | (24) | (25) | (26) | (27)

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

ВСЕ СОКРОВИЩА МИРА

…Глупцом казался ему тот, кто не обращает внимания на настоящие блага и советует во всяком деле взирать лишь на конец.

«История» Геродот

Глава 13

БЕЛЫЙ ЛЕВ

Робкое дуновение южного ветра вытащило из едва тлеющих, уже подернутых пеплом углей несколько язычков пламени. В надежде на нечто большее они поднялись над кострищем, станцевали, дурашливо дергаясь, свой последний танец — и души их отлетели слабыми искрами в черное небо.

— Сбор полыни у тебя найдется?

Грай кивнул.

— Приготовь отвар. Среднюю чашу, — прошелестел справа еле слышный голос. И ещё глуше:

— Только не держи его на огне слишком долго. Густой еще не означает, что хороший. Справишься?

Поводырь хмыкнул. Почему-то ночью все говорят тише чем обычно, стараются быть менее заметны. Хотя и знают, что это бессмысленно: у таящихся в темноте чудовищ, когда приходит их время, до крайности обостряется слух.

— Дай отвару остыть, процеди и опусти в него очищенный и подавленный чеснок. Двух пригорошней хватит, — всё поучал мальчика один из его подопечных. Когда-то в прежней жизни он был сборщиком лечебных трав и одно время даже неплохо зарабатывал на всевозможных снадобьях. Пока не свихнулся, внезапно обнаружив, что экстракт абсинтума может в иных случаях веселить даже лучше вина.

— Блохам эта отрава ох как не нравится! И не только им. Жуть как воняет! Вот… Когда отвар настоится в тепле… должно хватить половины дня или ночи… натри этой дрянью своего дракона.